Допрос
– Почему вы завели этот файл? – начал допрос Макс Фельт, указывая Николасу Рюэффу на папку с надписью «Натан Бернард».
– Я хотел сделать этого человека своим поставщиком информации, – сухо сообщил Николас Рюэфф.
– Судя по единственному документу в вашем архиве на эту персону, он отказался? – уточнил Макс Фельт.
– Да. В самой категоричной форме, – ответил Николас.
– По каким другим вопросам вы имели с ним дела? – настаивал следователь.
– Дел не было. Были совместные интересы. Он – мой единственный и верный друг, – заявил Николас. После этого трейдер замкнулся и стал отвечать на вопросы следователя односложно и невнятно.
Макс Фельт пытался расшевелить его. Тема о дружеском времени провождении с Натаном Бернардом вызвала у Николаса растерянность. Видно было, что он не хотел говорить об этой стороне своей жизни.
«Почему общительный и словоохотливый человек, готовый рассуждать о чём угодно, замолкает, при одном лишь упоминании о своём друге? Не желает втягивать его в неприятности? Или боится, что он расскажет то, о чём Николас предпочитает молчать? Может быть, Натан Бернард и вправду хороший человек? – размышлял Макс Фельт, – Как будто хороший человек не может быть шпионом…»
Больше часа следователь выуживал информацию о новом подозреваемом. Но всё было бесполезно: пресно, обыденно, скучно и навевало тоску. Познакомились друзья на рыбалке. Случайно. Инициатор встречи – Николас. В довершение ко всему, трейдер объявил Натана Бернарда «истинным патриотом США» и рассказал об искренней горькой реакции друга на смерть Джона Кеннеди.
***
«Чем же побудить его раскрыться?» – думал Макс Фельт, глядя на собеседника. Спросил про жену подозреваемого и, кажется, попал в точку. Николас оживился, улыбнулся. Подчеркнул, что именно он познакомил Натана с Эрикой.
Макс Фельт подумал снова, что ошибается в отношении Натана Бернарда. Знакомство подозреваемого с будущей женой выглядело чистой случайностью. Но когда Николас сообщил, что Эрика Стюард тоже сирота, то следователь вновь оживился: «Оба без родителей! Это что, совпадение, или легенда агентов иностранной разведки?» После информации о работе Эрики Стюард фельдшером-акушером в Алжире, по линии Красного Креста, Макс Фельт и вовсе навострил уши – эта дама не из тех, которые будут ждать милости от природы! Чем не шпионка?
Рюэфф рассказал про авиакатастрофу, в которую попала Эрика в юности и после которой ей посчастливилось выжить26 и ещё больше насторожил заместителя директора ФБР. Он отметил про себя: «Нужно как следует проверить эту дамочку! Слишком много происшествий для одного человека, тем более, молодой женщины. Катастрофа – идеальный момент для внедрения иностранного агента, когда он возникает вместо погибшей!»
Тема, касательно жены Натана Бернарда иссякла и диалог снова оскудел.
– Дайте оценку одной короткой фразой вашему другу, как личности, – услышал Николас Рюэфф. Вопрос показался интересным. Врождённый ум математика воспринял его, как условие задачи, или пример на логическое мышление. Рациональные мозги, заточенные на вычленение главного из кучи хлама, включили поиск оптимального решения. Возник азарт – найти простое описание для сложного человека. Трейдер задумался.
– Никогда не пытайтесь с ним играть, сэр…, – ответил лучший игрок Лондонской биржи.
Альтернативная характеристика
Характеристика нового подозреваемого заинтриговала следователя. Он поймал себя на мысли, что Натан Бернард, в действительности, вполне мог быть шпионом: вёл себя осмотрительно, держал руку на пульсе, не шёл на поводу, не продавался и находился в самом центре событий, при которых Николас Рюэфф выуживал секретные сведения из его коллег.
Сыщик пожелал взглянуть на свою жертву с другой стороны. Раздумывая, от кого получить альтернативный взгляд на объект исследования, Макс Фельт остановился на Кларис.
Мнение эксцентричной особы, вряд ли, могло быть объективным. Но, зачастую, именно оно больше всего помогает делу.
Особенность психики Кларис устроена таким образом, что любого человека, явление или предмет она рассматривала под призмой собственной выгоды и личного благополучия.
Учитывая склонность женщины к демагогии, самовосхвалению, нотациям и пространственным речам, Макс Фельт основательно подготовился к допросу – составил список односложных вопросов и надеялся получить на них аналогичные ответы. Но ошибся.
–У вашего мужа есть друг Натан Бернард? – начал допрос следователь. Почему вы умолчали об этом факте?
– Сэр! Во время нашей предыдущей встречи, я сообщила вам, что Николя не имел друзей в юности. Вы не пожелали вникнуть в детали повествования. Всё время спешили, бесконечно прерывали меня и не давали окончить мысль. В результате, получили «половинчатую» информацию! Теперь пытаетесь этим манипулировать! – напомнила Кларис.