Выбрать главу

Но все равно — они одержали победу над вершиной! Ну и что же, что не было ног у Тэлемаха,— сколько здоровых и целых людей на свете, но ни один из них не взошел на зимнюю Ушбу! Зимняя Ушба стоила ног!..

Только Райзер, единственный из шестерки отваж­ных, не был на земле — он унес с собой свое настрое­ние, свои мысли, и никто не знал: радовался бы он или сожалел. И того не знал никто, что сулила каж­дому из оставшихся звезда судьбы. На коварных дорогах к вершинам никто никогда не знает, чего ждать.

***

Алеша Джапаридзе не умел отступать. Невзирая на все препятствия, он неуклонно стремился к победе. «Победа или смерть!» — было его девизом. Никогда никто не видел его побежденным. Но осенью 1945 года, в первый и последний раз, изменила ему судьба. Он пал жертвой своей обожаемой Ушбы. Группа из трех чело­век, выступившая на штурм Ушбы поздней осенью, шесть ночей подряд провела на вершине из-за непого­ды. На седьмую, роковую ночь свирепый ветер с севера навеки смел с лица земли бесстрашную троицу — Алешу Джапаридзе, Келешби Ониани и Мухина. Вмес­те с палаткой погрузились они в ледяное безмолвие.

Экспедиция Северной Ушбы, организованная в па­мять погибших в августе 1946 года на Северную стену в составе Габриэла Хергиани, Бекну Хергиани, Годжи Зурэбиани, Чичико Чартолани, Максиме Гварлиани, Александры Джапаридзе и руководителя группы Ивана Марра, принесла с грозной вершины несколько потрясающих душу записок. Эти записки дают представление о тяжелейшем положении, в котором очутилась группа Алеши, и о том мужестве, с которым она, вопреки всему, продолжала стремиться к цели.

«...Поднялись на седловину дорогой Коккинса, сре­динным ледопадом. Из-за сильного вихревого ветра про­вели на седловине шесть ночевок. Из-за погоды и приближения контрольного срока (6.Х) отказались от восхождения на южную стену Ушбы и при плохих погодных условиях поднялись на северную. Спускаемся к плато Ушбы. Ночуем на самой вершине».

«На вершине обнаружили записку группы А. Малеинова, датированную 7/IХ 1940 года».

«Мы находимся в палатке, снаружи сильный снего­пад. Завтра обязательно должны быть на плато Ушбы. Начали спуск 6/Х в 12 часов, несмотря на снежный вихрь...»

Это был последний крик, которым они возвестили миру о себе. Алеша Джапаридзе навечно остался в горах, вместе с небесными вихрями и ветрами, осиянный немеркнущим светом звезд.

Иной была смерть Гио Нигуриани. Один из первых покорителей Ушбы пал жертвой кровной мести!..

Габриэл тоже навеки ушел в горы: снега вершин не отдали его людям...

...Ушба! Это слово внушает страх и в то же время звучит как вызов.

Ушба — воплощение суровости, непреклонности, своеобычности. Такой известна она повсюду у нас и за рубежом. В Англии существует «Клуб ушбистов», в члены которого принимают только сильнейших альпи­нистов мира.

Ушба — самый взыскательный и беспристрастный летописец альпинизма в Советском Союзе.

Сколькие принесли ей в жертву свою душу и взамен обрели вечную обитель в ее льдах и снегах! Сколькие вернулись назад с ее подступов, вернулись с несбыв­шейся мечтой, побежденные и разбитые, но не отказав­шиеся от реванша.

Да, альпинисты берут реванш и мстят за погибших друзей. Когда мужчины с ледорубами и ледовыми крючьями в руках, с кошками, с тяжелыми рюкзака­ми и большими надеждами уходят в горы, они идут не только на штурм вершин, но идут и отомстить за своих погибших товарищей, бледными призраками глядящих на них с недосягаемых пиков...

ЗЕРКАЛО

— По различным соображениям мы разделили предштурмовые приготовления на три этапа.

В первую очередь мы сочли необходимым окон­чательно укомплектовать основную группу, заготовить технически соответствующее району Ушбы и собственно Зеркала снаряжение и испытать его во время предвари­тельных восхождений.

В программу физической подготовки мы внесли спе­циальные упражнения, восхождения технического ха­рактера на крутые стены и скалы отрицательного укло­на, качественные данные которых с точки зрения труднодоступности и крутизны приближаются к Зеркалу Ушбы; скалолазание и лыжные тренировки зимой 1964 года; охоту, выполнение работ различного харак­тера, как-то: заготовка дров, строительного камня, прополка картофеля, ограждение сенокосов[16].

Второй этап предусматривал целый ряд высотных восхождений в районах Центрального Кавкасиони и восхождения на стеночных участках, чтобы укомплекто­вать штурмовую группу и окончательно сформировать ее основное ядро.

Поскольку предштурмовые восхож­дения предполагались утомительными и тяжелыми, тре­бующими большой затраты сил, не исключено было, что кто-либо из членов экспедиции может отказаться от штурма Зеркала Ушбы или, что весьма возможно в горах, получит травму или впадет в душевную депрес­сию. Мы придавали особое значение предштурмовым восхождениям; помимо тренировки, они для каждого из нас должны были быть своего рода испытанием сил.

Третья наша задача состояла в подробнейшем изу­чении основного маршрута. Члены штурмового отряда должны были поглядеть на стену, внимательно озна­комиться с ней и окончательно решить, в каком направ­лении следует ее проходить. Надо было также выяснить возможности устройства базового лагеря в районе боль­шого кулуара Ушбы — Чатини-Чаладского ледника.

Но прежде чем идти в горы, мы решили поглядеть на поле предстоящих сражений с воздуха. Летчики кутаисского аэропорта, уроженцы Местиа, с радостью согласились стать нашими воздушными проводниками над перевалами Кавкасиони.

Осмотр Ушбы с воздуха еще более раззадорил нас и оказался весьма полезным. Но мы хорошо знали, что поспешность пагубна в любом деле, а тем более в нашем. И продолжили рекогносцировку. С 20 июня по 10 августа наша группа совершила шесть выходов из Лагами к подступам Ушбы. На основании тщательного визуального изучения «нашей стены» мы составили микрокарту Зеркала. Весь маршрут, который предстоя­ло пройти, разбили на районы и участки. Наметили места ночевок, предусмотрели их характер — в основ­ном холодный. Надо было подготовиться к ночевкам в гамаке. Это создавало множество забот для каждого. Никто из нас не был привычен к холодным ночевкам. Неизвестно было, как перенесет тело «проветривание» на ночном горном воздухе в объятиях веревок.

Как преодолеть стену? Было высказано множество различных мнений и взглядов, но в конце концов мы все-таки выработали единый, приемлемый для всех маршрут. Предусмотрели и участки возможных откло­нений от него.

Шестикратное наблюдение глубоко убедило нас в том, что «наша стена» не могла обещать «хорошего поведения». Я имею в виду замеченный нами интенсив­ный камнепад вдоль всей Восточной стены, который не прекращался с восхода солнца до темноты, кроме того, временами с вершины стены сходили снежные лавины, порой с треском, грохотом и гулом падали сверху обломки льда.

Мы избрали, кажется, сравнительно «спокойный» маршрут. В целях безопасности мы решили дополнить нашу экипировку шахтерскими шлемами. Раздобыть их в Сванэти было делом нелегким, помогли пожарники Местиа — дали нам свои каски.

ДА ЗДРАВСТВУЕТ ОТСТУПЛЕНИЕ!..

И вот настало время осуществлять наш план предштурмовой подготовки. Прежде чем выступить в путь, каждый член экспедиции застраховался в местийском отделе соцобеспечения.

Как уже говорилось, до штурма Зеркала мы должны были совершить испытательные восхождения. Мы наме­тили вершины, близлежащие к Ушбе и сходные с ней по рельефу и труднодоступности.

Идея этих восхождений на Сванэтский Кавкасиони оправдывала себя и тем, что мы получали возмож­ность акклиматизироваться в условиях района Ушбы.

Сначала мы атаковали Южную Ушбу. Это восхож­дение решено было посвятить памяти нашего духовного отца, замечательного человека и блестящего альпинис­та Габриэла Хергиани. Подниматься на Ушбу по его маршруту довелось немногим.

Маршрут Габриэла в свое время считался трудней­шим, но со временем его настолько освоили грузинские и зарубежные альпинисты, что Южная Ушба перестала отпугивать. Проложили этот маршрут вместе с Габриэлом Бекну и Бесарион Хергиани, Чичико Чартолани и Максиме Гварлиани. Они штурмовали Ушбу, пройдя от ледника Гули по юго-восточной стене. В сванских джабралеби, с простой конопляной веревкой поднялись на вершину и возвестили Львиному ущелью конец легенды о неприступности Ушбы.

вернуться

16

Сенокосные «угодья» в Сванэти обычно расположены на труднодоступных склонах.