— Не волнуйся. — Джиз говорила спокойно, но он слышал, как тяжело она дышит… — Еще немного… Сделай четверть оборота…
Фойл повиновался почти автоматически, продолжая наблюдать за борьбой внизу. Корма яхты закрыла сейф, но он все еще видел людей Дагенхема и Джизбеллу. Она включила ранцевый двигатель… крохотный язычок пламени вырвался из ее спины… она снова сумела увернуться.
Тут же вспыхнули огни людей Дагенхема. С десяток бросили преследование Джизбеллы и ринулись на «Уик-энд».
— Держись, Гулли. — Джизбелла судорожно втягивала воздух, но голос звучал уверенно. — Сейчас должен выйти корабль Дагенхема… Так, хорошо… Секунд через десять…
Шершни сомкнулись и поглотили маленький белый скафандр.
— Фойл! Ты слышишь меня, Фойл? — Голос Дагенхема сперва еле пробивался через шум, потом вдруг прозвучал в шлемофоне ясно и отчетливо. — Это Дагенхем говорит на вашей волне. Сдавайся, Фойл!
— Джиз! Джиз! Ты можешь вырваться?
— Так держать, Гулли… Ну идет! Точно в лунку!
Корабль содрогнулся, когда медленно кувыркающийся сейф влетел в главный люк. И в тот же миг белая фигурка выскочила из густого роя и, оставляя огненный хвост, преследуемая буквально по пятам, помчалась к яхте.
— Давай, Джиз! Давай!!! — взвыл Фойл. — Скорей, девочка, скорей!
Джизбелла скрылась из виду за кормой корабля, и Фойл приготовился к максимальному ускорению.
— Фойл! Ты ответишь мне? Говорит Дагенхем.
— Убирайся к черту, Дагенхем! — закричал Фойл. — Скажи мне, когда будешь на корабле, Джиз, и держись.
— Я не могу попасть, Гулли.
— Ну давай же, девочка!
— Я не могу попасть на корабль. Сейф закрыл проход. Нет никакой щели…
— Джиз!
— Говорю тебе, не могу!! — в отчаянии выкрикнула она.
Фойл дико озирался. Люди Дагенхема карабкались по корпусу «Уик-энда» с грозной сноровкой профессиональных пиратов. Над низким горизонтом астероида поднимался корабль Дагенхема. У Фойла закружилась голова.
— Фойл, тебе конец. Тебе и девушке. Но я предлагаю сделку…
— Гулли, помоги мне! Сделай что-нибудь, Гулли! Спаси!.. Я погибла!
— Ворга, — озверело выдавил Фойл. Он закрыл глаза и опустил руки на пульт. Взревели кормовые двигатели. «Уик-энд» содрогнулся и прыгнул вперед. Он оставил позади пиратов Дагенхема, Джизбеллу, угрозы, мольбы. Он безжалостно вдавил Фойла в кресло чудовищным ускорением, ускорением менее жестоким, менее коварным, менее предательским, чем обуявшая его ярость.
И на лице одержимого взошло кровавое клеймо.
Часть вторая
Я веду фантазий войско
Воевать моря и земли,
На шальном коне я скачу во сне,
«Меч пылающий подъемля.
Приглашение к турниру
Мне прислала королева:
До нее езды — три косых версты,
За Луной свернуть налево»[21].
Глава 8
Война смертельным ядом пропитывала планеты. К концу года боевые действия ожесточились. Из романтических приключений и происходящих где-то в глубинах космоса стычек война превратилась в чудовищную бойню. Мировые войны остались в прошлом; началась первая Солнечная война.
Воюющие стороны медленно, но неумолимо посылали людей и технику на уничтожение. Внешние Спутники объявили всеобщую мобилизацию; Внутренние планеты, естественно, последовали их примеру. На службу армии были поставлены торговля, промышленность, наука и ремесла. Начались запреты и преследования.
Коммерция повиновалась, потому что эта война (как и все войны) была лишь продолжением политики другими средствами. Но люди возмущались и протестовали; многие джантировали, спасаясь от призыва и принудительных работ. Бродили слухи о шпионах и диверсантах. Паникеры становились Информаторами и Линчевателями. Зловещие предчувствия завладели умами и парализовали жизнь… Конец года скрашивался лишь прибытием Четырехмильного цирка.
Так называли нелепую свиту Джеффри Формайла с Цереса, молодого повесы с одного из крупнейших астероидов. Формайл был невообразимо богат и невообразимо занятен. Его сопровождение представляло собой абсурдный гибрид передвижного цирка и бродячих комедиантов. Таким он явился в Грин-Бей, штат Висконсин.
Сперва ранним утром прибыл нотариус в высоченном цилиндре, выискал большой луг у озера Мичиган и арендовал его за бешеную цену. За ним последовала орава землемеров, в двадцать минут наметившая лагерь. Заговорили о прибытии Четырехмильного цирка. Из Висконсина, Мичигана и Миннесоты стали собираться зеваки.