Дальше я дописывал её две недели — по вечерам, в перерывах между основной работой. Часа по два, три в день, не каждый день. Суммарно на всю книгу — двести пятьдесят страниц — у меня ушло около тридцати, сорока часов чистого времени.
Тридцать, сорок часов. Не три года. Не пятнадцать лет. Не «вся жизнь». Один очень длинный рабочий выходной, размазанный на две недели. И эта книга существует.
Я говорю это не для того, чтобы хвастаться. Тут нечем хвастаться — я писал тезисами, моделью разворачивал, читал, правил. Если этим методом завтра напишут книги ещё миллион человек — никто из них не станет от этого писателем в старом смысле. Я говорю это для того, чтобы зафиксировать факт эпохи. В 2026 году один человек за один трансатлантический перелёт может написать первую часть книги. Это новость не обо мне — это новость о том, что вокруг.
И раз уж так — стоит честно сказать ещё одну вещь. Я писал эту книгу из любопытства. Не как важный проект жизни. Если она не зайдёт — я почти не расстроюсь. Это интересное действие само по себе, и оно заняло маленькую часть моей жизни, а не три года пота, как у обычных писателей. У меня есть основная работа, у меня есть дети, у меня есть бизнес, у меня есть проекты в науке. Книга — это побочный продукт. Хобби. Если бы я пил — я бы её не написал, потому что мне было бы чем заняться. А я не пью, поэтому занялся этим.
Но раз я её написал, было бы неплохо, чтобы её прочитали. И вот тут начинается главная проблема, ради которой я написал и эту главу тоже.
После того как первая часть книги была готова — те самые сорок страниц, написанные в самолёте — я отправил её нескольким близким людям. Не всем подряд. Тем, чьё мнение мне было важно, и от чьей реакции зависело, продолжать ли мне дальше.
Я не буду называть имён. Поставлю буквы.
Первый — В. Б. Серьёзный взрослый человек, шестьдесят пять лет, прошёл советскую науку, инженер по образованию, всю жизнь много читал и читать умеет. Он прочитал — но за два захода, с интервалом в неделю. Потому что после первого захода ему «надо было перезагрузиться». Сорок страниц текста потребовали от него двух подходов и недели отдыха между ними.
Второй — Л. Д. Сорок лет, серьёзный бизнесмен в одном из крупных российских городов, по местным меркам в первой тысяче самых заметных людей города, своя сеть компаний, опытный, наблюдательный. Прочитал половину сорока страниц. Написал: «Офигительно. Дочитаю в выходные.» Не дочитал. До сих пор. Прошло две недели.
Третья — мой заместитель К. Не прочитала вообще. У неё много дел, я её не виню. Это нормально.
И только один из тех, кому я отправил — немец Д. — прочитал залпом, в один вечер. Просто потому, что у него есть свободное время, его жизнь устроена в ином ритме. Он позвонил мне в тот же день, и мы полночи проговорили. Книга его задела, как должна была задеть. Он почувствовал каждый аргумент. Он сделал свои добавления. У нас был тот разговор, ради которого книга и пишется.
Один из четырёх. Двадцать пять процентов.
А ведь это был отбор. Эти люди — не «средние люди с улицы». Это люди, которых я сам выбрал для первого чтения, потому что я думал, что у них есть шанс прочитать сорок страниц вдумчивого текста. Я ошибся в трёх случаях из четырёх.
И тут есть ещё один человек, которого я в эту статистику не включил, потому что её мотив был другим. Моя мама прочитала всё в тот же день, как я ей прислал. Полностью. Это не потому, что у мамы СДВГ[85] отсутствует. Это потому, что когда сын присылает тебе книгу, которую он написал, ты читаешь её сразу. Это другой мотив. Не на этом построен мой статистический эксперимент.
Я не специалист в детской психологии. В университете я её изучал, но это было давно, и я никогда не работал психологом — параллельно с учёбой я уже занимался бизнесом, я об этом писал в одной из предыдущих глав. Но я помню один советский термин из тех лекций. Соскальзывание. Так в советской детской психологии называлось состояние, в котором ребёнок не может удержать внимание на тексте дольше нескольких минут. Мысль соскальзывает. Прыгает на другую. Возвращаться не хочет. Этот термин применялся к детям с особенностями развития.
Сегодня этот термин описывает не детей с особенностями развития. Сегодня этот термин описывает взрослых успешных людей по всему миру. Сорокалетние с большими доходами, с двумя высшими образованиями, с опытом руководства командами, с привычкой принимать сложные решения — не могут дочитать сорок страниц текста за один присест. Им нужно «перезагрузиться» после двадцати страниц. Им нужно «потом дочитать», и они потом не дочитывают.
85
СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности) — это особенность работы мозга, из-за которой человеку бывает сложно концентрироваться, контролировать свои импульсы и он часто, постоянно двигается. Основные симптомы: