Мост заканчивался перед викторианским дворцом. Дикий виноград оплетал трехэтажный фасад. На деревянных воротах была изображена стрела, аналогичная символу на двери портала. Здесь заседал Верховный Совет?
– Времени на туристическую программу у нас не остается. Отсюда мы пройдем кратчайшим путем до Критериона. Поэтому не копайтесь. Вас уже ожидают, – сказал Элиас и вошел во дворец. Не сводя глаз с невероятного города, я последовала за праймусом и вдруг оказалась под ослепительными солнечными лучами. Безоблачное небо растянулось над восхитительным садиком. Цветы всевозможных видов росли вдоль извилистой гравийной дорожки. Цвета и роскошный аромат цветения были настолько яркими, что мне пришлось пару раз моргнуть, чтобы убедиться, что я не спала. Я озадаченно развернулась. Разве мы сейчас не вошли в дом? Позади меня возвышался точно такой же фасад такого же дворца с таким же диким виноградом. Сквозь открытую дверь мне все еще было видно мост, по которому мы пришли.
Эм… ну ладно?
«Здесь ничто не является тем, чем кажется. Постарайся об этом не забывать». – Голос Люциана вернул меня обратно в реальность. Я сразу же ускорила шаг и вернулась на свое место в нашей процессии. На другом конце сада Элиас открывал неприметную дверь. На ней тоже была гравировка в виде острия стрелы. За ней простиралась тусклая бездна. Укороченная версия первого моста вела к ветхому, изрисованному граффити панельному дому и кончалась у входной двери, рядом с которой висела обшарпанная табличка со звонками – с наконечником стрелы.
Стараясь не обращать внимание на таинственный знак, я пошла за Элиасом по пропасти между домами.
А там вместо грязной лестничной клетки меня ждала глубокая ночь. По унылому асфальту стучал дождь. На противоположной стороне улицы висела сломанная неоновая вывеска с надписями на китайском языке. Зеленый свет отражался в луже. Слышался шум двигателя. Похоже, он приближался. Рука Элиаса вытянулась и остановила меня. В тот же момент мимо промчались два тюнингованных кабриолета с орущими пассажирами. Я в недоумении вытаращилась им вслед.
– Патрия не во всем соответствует вашей реальности. Но если тебя собьют, ты будешь такой же мертвой, как и в человеческом мире.
Я зло уставилась на праймуса. Если я была тут новенькой, еще совсем не значило, что я была глупой. Я высвободилась из его захвата и сложила руки на груди.
– Постараюсь запомнить.
Элиас никак не прокомментировал мой сухой тон и двинулся дальше. Однако я все-таки разглядела хитрую улыбочку у него на лице. Я закатила глаза. Видимо, высокомерие – это их семейная черта…
Мы немного прошли вниз по ночной улице и зашли в забегаловку. Элиас напрямую устремился в заднюю часть заведения. Повар закинул во фритюрницу несколько вонтонов[11]. Он определенно был праймусом. Потому что резкий запах острой пищи и застарелого жира шел не только из кухни. Я еще удивлялась этому бессмертному с его абсолютно обычной работой, когда выкрашенная красной краской дверь привела нас назад в потусторонний дженговый мир Патрии.
В тени готической церкви мы зашагали дальше. Религиозное строение высилось на старом здании вокзала. За витражными окнами я заметила людей, которые садились в поезд. По другую сторону улицы расположился охотничий домик с открытой дверью. За ней простирался густой хвойный лес. Не веря своим глазам, я помотала головой. Здесь внутри как-то оказывалось снаружи.
Люциан обогнал меня и ускорял шаг, пока не догнал брата. Я прекрасно понимала, почему он так безразлично вел себя по отношению ко мне, но все равно это было как-то непривычно. Я раздосадованно наблюдала за двумя братьями. Они были похожи ростом и телосложением, но Элиас выглядел менее крупным. Его спину украшали пять параллельных линий, вокруг которых вилась шестая. И близко не так красиво, как феникс его брата. Чтобы избежать соблазна продолжать глазеть на спину Люциана, я отстала и поравнялась с Гидеоном.
– А где все праймусы? – спросила я, понизив голос. – Для города тут слишком мало чего происходит.
Он, посмеиваясь, взглянул на меня сверху вниз:
– Мы передвигаемся только по общественной территории. У семей праймусов есть свои собственные личные участки.
– Хочешь сказать, здесь все-таки есть нормальное жизненное пространство?
– Ты заметила символ на дверях? – Я кивнула.
– Это знак Лиги. Увидишь дверь с иным символом… лучше не входи. – Немного помедлив, он добавил: – А лучше вообще никуда не ходи одна.
Я скривилась. Здорово, мне так доверяли…