— Зихийка! Темиргой[42]! — торжественно сказал грек, и, как фокусник, сдёрнув покрывало, толчком в спину заставил вскочить обнажённую, как медицейская Венера, горянку.
Толпа одобрительно зацокала и замолчала, не спуская глаз с девушки. Старуха ловко набросила на несчастную покрывало и, полуобняв её, увела в темноту сарайчика, оттуда послышались рыдания и уговаривающий шёпот Мы вышли Старик вернулся тут же.
— Сколько? — спросил Чезаре.
— Семьсот цехинов, — со вздохом, будто продешевил, прошептал лысый дьявол, пытливо поглядывая в глаза генуэзца.
Чезаре велел девушку привести на судно и там получить от казначея по записке деньги.
— Хорошая служанка будет у моих сестёр, — сказал Чезаре, обращаясь к префекту.
Наш трапезондский грек хихикнул.
По просьбе малограмотного Чезаре я написал требуемую записку и отдал продавцу. Тот отозвал в сторону префекта и что-то ему зашептал. Мы все стояли в тени вековой липы, любимого дерева абазгов. Разговоры шли о зихийке. Вижу: префект одобрительно кивнул головой и подошёл к Чезаре. Оказалось, что грек предлагал купить уже знакомую нам старуху: он говорил, что старуха из того же племени, что и зихийка; что она имеет большое влияние на девушку; что бедная девушка может что-нибудь сделать над собой, не выдержит: она очень горда.
Чезаре молча слушал, затем спросил:
— Девушка княжеская дочь?
— Нет, уорк, свободная.
— Откуда же у неё эта гордость?
— Все темиргои гордецы, трудно с ними, — огорчённо сказал старый работорговец.
Префект подтвердил слова грека, и старая зихийка была куплена за 80 цехинов. К удовольствию се хозяина: уже год прошёл, и старуху никто не покупал. Ромей позвал её и объявил ей, кто её купил и для чего. Бедная женщина оживилась, вскочила и опрометью бросилась в сарайчик и что-то кричала там. Из соседних сараев на эти крики выскочила толпа женщин и мужчин.
Работорговец разболтался: старуха хорошая, работящая. Она очень любит эту девку и боится, что та без неё умрёт. «Я тебе, рыцарь, дело говорил», прибавил он: «без этой дуэньи эта девка повесилась бы: она всё не может забыть отца, всё о нём думает и говорит. Говорят, этот старик — знаменитый наездник. Он убил брата ногайского князя; тот отомстил ему: украл эту девку и продал в рабство».
В соседнем сарае были мужчины. Чезаре отобрал восемь русов с Итиля[43]. Рабы были очень худы; пищу им давали скудную: ранним утром и на закате варили просяную кашу, изредка бобы, и больше ничего — ни сыру, ни рыбы, ни мяса, ни вина, хотя последнее здесь так дёшево, что воды здесь почти не пьют. Один лохматый старик, по-видимому, «рус», жадно совал в рот кашу, ложку за ложкой, и не обращал на нас никакого внимания. Так косматый лев, старый обитатель железной клетки, грызёт молча кость и не смотрит на назойливую толпу зевак.
В ГОСТЯХ У АБАЗГОВ
На следующий день после обеда нам подали горских верховых лошадей, и мы отправились за шестнадцать миль в главное селение абазгов Лехне[44] в гости к владетелю абазгов. Сын князя абазгов вернулся из сванского плена, а старый князь Шиарасиа[45] устроил празднество.
Близ древнего храма, окружённого кипарисами, стоял большой каштановый дом князя Шиарасиа, и была эта обширная зелёная бархатистая поляна. Десяток древних лип осенял её. Кудрявые леса волнами сбегали в морю. Вдали смутно белела Пецонда. Я любовался видом абхазской природы. Толпы народа, сидевшего кучками на полянке, ещё более оживляли картину, достойную кисти Джотто ди Бондоне[46]. Там и сям подымался дым костров; целиком жарились бараны, части туш быков; в котлах кипела жёлтая от жира похлёбка из кур; на больших круглых деревянных блюдах лежа» ли горы плоского, как тарелки, козьего сыра; под липами на козлах были укреплены широкие в два локтя каштановые доски и на них лежали тучные буйволовые бурдюки свином «качидж», «амлаху» и другими сортами. К бурдюкам подходили «виночерпии», распорядители им наливали вино из бурдюка в узкогорлые глиняные кувшины, и те их разносили пирующим, сидевшим на коврах и на больших толстых из чёрной шерсти плащах[47].
44
Ныне Лыхны, бывшая резиденция владетельного князя Абхазии Шервашидзе, в 3 км. от Гадаут.
46
Знаменитый итальянский художник XIII в., родоначальник итальянской живописи, друг Данте.