Вчера ночью получил я известие, что пять кораблей, которых я дожидался, прибыли в порт Кафу[443], груженные пшеницей, — сказал Император.
Очень мне по душе сие известие, — ответил Маршал.
Он тут же послал предупредить, чтобы начали работать все мельницы, стоявшие на реке Трансимено. Тирант также распорядился, чтобы назавтра всех пленных, которые находились в лагере и в городе Сан-Жорди, собрали у замка сеньора де Малвеи. Затем Император отбыл вместе с сицилийскими баронами и раскинул шатры на берегу реки. Герцог же остался, имея достаточно воинов. Однако Тирант приказал прислать еще людей из своего лагеря и себе, и герцогу. Когда Тирант с герцогом были в замке, Император позвал Тиранта, а также приказал явиться Принцессе вместе с придворными девицами и сказал следующее:
Сеньор Маршал, поскольку фортуна оказалась столь враждебной к нашему главному коннетаблю, графу Витимскому, и он погиб, я хочу знать, кого предлагаете вы сделать ныне коннетаблем?
Тирант преклонил колени и ответил:
Ваше Величество, если бы вам угодно было даровать звание главного коннетабля Диафебу, я был бы очень благодарен вам за это.
Я не буду противиться вашему желанию, — сказал Император. — И из любви к вам, а также потому, что Диафеб того весьма заслуживает, я сей же час награждаю его званием и должностью Главного коннетабля, а вас — графством де Сант-Анжел. Я забираю это графство у своей дочери и передаю вам вместе со всеми правами и доходами, а также владением Алтафулья[444], ежегодная рента с которого составляет семьдесят пять тысяч дукатов. Я надеюсь, с Божьей помощью, преподнести вам в дальнейшем и другие подарки, гораздо более ценные. А пока я желаю, чтобы завтра был объявлен праздник и вы приняли титул графа. Я предпочитаю сделать вас графом, а не маркизом, хотя титул маркиза и знатнее; однако «граф» означает «брат по оружию», и я хочу, чтобы таким образом вы стали мне еще ближе.
Тирант ему ответил так:
Сеньор, я бесконечно благодарен вам за то, что вы соблаговолили оказать мне столь великую честь. Это графство для меня столь же ценно, как если бы оно приносило доход в четыреста тысяч дукатов. Однако я ни за что на свете не приму ваш дар по двум причинам. Во-первых, я вам почти совсем еще не служил, ибо нахожусь у вас совсем недавно и не достоин подобной награды. Во-вторых, если бы мой родной отец узнал, что я принял какой-нибудь титул, то потерял бы надежду вновь увидеть меня, и тем более — та, что меня родила и столько мук претерпела, вынашивая меня девять месяцев во чреве своем. Узнав о том, что я стал графом, они бы так сильно разволновались, что из-за меня сократились бы их дни. И следовало бы назвать меня отцеубийцей, потому как я — их единственный сын и они с полным основанием прокляли бы меня. Мне же не пристало причинять им горе. А посему я тысячекратно благодарю вас, Ваше Величество, как то и подобает сделать покорному и верному слуге.
А я ни за что на свете не позволю, чтобы графство, которое я вам подарил, не стало вашим, — ответил Император. — И если не угодно вам принять титул графа, соблаговолите без оного вступить им во владение и пользоваться рентой.
Я очень боюсь, что ее высочество Принцесса рассердится, — сказал Тирант, — если ее лишат графства, чтобы передать его мне.
Это графство когда-то подарила мне, по своему великодушию, одна моя тетушка, — сказала Принцесса. — А все, что принадлежит мне, равным образом принадлежит и моему отцу, здесь присутствующему, каковой может по своему усмотрению распоряжаться всем моим имуществом и мною, как покорной дочерью, и может раздавать мое добро как его душе будет угодно. И не вздумайте не принять от него то, что он милостиво и щедро вам преподносит. Я же подтверждаю свое согласие на дар Императора вам и вашим людям.
И Император вновь стал настойчиво просить Тиранта принять графство. Но тот сказал:
Сеньор, я не соглашусь ни за что на свете.
Правы будут те, кто решит, что ваши мысли и намерения не согласуются с вашими словами, — сказал Император. — Я же прямо скажу, что я обо всем этом думаю. Вашей милости стоило бы поразмыслить о том, что мой дар — слишком большая для вас честь, а затем — обрадоваться, а не отказываться, памятуя, кто одаривает и кого. Графство, которое я вам дарую, — это прекрасный подарок самой судьбы, который ищут по всему свету множество людей и который приносит не только честь, но и выгоду. И если говорить без обиняков, то не настолько уж вы избалованы подобными подарками, чтобы их не принимать. А ежели вы ненароком полагаете, что люди сочтут, будто я хочу таким образом наградить вас за оказанную мне честь и совершенные мне на пользу дела, то можете не заблуждаться на сей счет, ибо мнение всех людей, в том числе и дам, и девиц, еще никому не известно. А поскольку не хотите вы принять того, что я так щедро вам предложил, я вынужден предположить, что вы, доблестный рыцарь, хотите меня покинуть.
443
Кафа. — Так с середины ХП1 в. называли Феодосию, с 1266 по 1475 г. бывшую во владении генуэзцев.