Сеньора, как можете вы лишить себя столь необыкновенной драгоценности и отдать ее мне? Если бы она была моя, я бы подарил ее Вашему Величеству, ибо вы можете лучше меня ею воспользоваться. А посему я прошу вас забрать ее обратно.
Императрица ответила:
Ипполит, никогда не отказывайся от того, что дает тебе твоя возлюбленная, ведь известное правило гласит: когда двое становятся друзьями, тот, кто знатнее, должен одарить другого, он же — не должен отвергнуть дара.
Как же, сеньора, вы прикажете мне теперь жить? Что я должен делать по вашему повелению?
Прошу тебя, сделай милость и покуда удались, ибо я сильно опасаюсь, что завтра Император войдет в эту комнатку и обнаружит тебя. Уходи теперь, ведь через несколько дней ты сможешь вернуться, и дай пройти моим страхам.
Ипполит рассмеялся и, с ласковой улыбкой и смиренно склонив голову, стал говорить следующее.
Глава 263
Теперь я знаю: вы меня любите меньше, чем я вас, потому что можете быть уверенной в моей любви; ведь она далеко превосходит то чувство, которое предписано мне моей земной жизнью. И побуждает меня к ней необыкновенная прелесть Вашего Величества. Однако я чувствую себя покинутым, когда вспомню о том, как мало любви от вас вижу или, быть может, как мало наслаждений я вам приношу. Иначе не выпроваживали бы вы меня. И как подумаю я, что вас не будет рядом и не смогу я вас видеть, как то было в эти счастливейшие дни, душу мою охватывает неисцелимая боль. Но я хочу поскорее сказать о самом главном. С вами, Ваше Величество, происходит подобное тому, что случилось с одним человеком, который был сильно измучен голодом — так же, как я любовью. И идучи своей дорогой, он заблудился, зашел в чащу леса и не мог выбраться оттуда до самого утра. Стал он озираться по сторонам в надежде увидеть поблизости какое-нибудь селение. Но, пройдя целый день, так и не встретил он ни деревни, ни хутора. Оголодал же он настолько, что с трудом мог передвигать ноги. Наконец вынужден был он на ночь остановиться и улечься спать прямо на земле. На следующий день погода стояла ясная и светило солнце, и человек этот из последних сил взобрался на ближайшую гору и вдалеке увидел замок. Он направился прямиком в ту сторону, терзаемый сильнейшим голодом. Когда он был уже неподалеку от замка, хозяин оного, рыцарь, стоя у окна, заметил издалека бредущего человека и стал наблюдать, откуда и куда он направляется. Тот же, подойдя близко к замку, увидел виноградник, где созрело много ягод. Тогда он свернул с дороги, по которой двигался к замку, и вошел в виноградник. Когда рыцарь увидел это, он позвал одного из слуг и сказал ему: «Пойди поскорее к винограднику. Ты найдешь там человека. Смотри, ничего ему не говори, но понаблюдай за тем, что он делает, и немедленно возвращайся рассказать мне об этом». Слуга, вернувшись, сказал: «Сеньор, он лежит на земле, обеими руками хватает гроздья, не отрывая их от лозы, и набивает виноградом рот, не смотря, зрелый он или нет». «Сие означает, что он находит его вкусным. Иди и посмотри, что он теперь делает». Слуга возвратился во второй раз и сказал господину: «Пригоршнями собирает он и ест виноград». «Пусть ест, значит, он находит его вкусным. Сходи и посмотри еще раз». Слуга вернулся и сказал: «Сеньор, теперь уже он не ест с такой жадностью, но выбирает через одну ягоду». «Пусть ест, значит, он еще находит его вкусным». И еще раз вернулся слуга и сказал: «Сеньор, теперь он выбирает только самые спелые плоды, съедает мякоть, а кожуру выплевывает». Тогда хозяин закричал: «Беги к нему живо и скажи, чтобы убирался из моего виноградника и не разорял его!» Так же поступаете со мной и вы, сеньора. Ведь когда я вошел в эту опочивальню, то сначала обеими руками хватал гроздья и набивал рот виноградом, затем выбирал через ягоду, и вы, Ваше Величество, не говорили мне, чтобы я ушел или что сейчас придет Император и обыщет ваши комнаты. Но теперь, когда я ем самые спелые плоды, вы со мной желаете распрощаться и приказываете мне уйти[562]. Что ж, я рад повиноваться Вашему Величеству.
Речи Ипполита так понравились Элизеу, что она весело рассмеялась всем на удивление, ибо последние дни никто не видел ни улыбки на ее лице. Но на сей раз она с любезным видом сказала следующее:
Сеньор Ипполит, вы доставили мне особое удовольствие, рассказав сию историю моей госпоже, ибо теперь я не сомневаюсь, что вы оценили ее по достоинству. А посему я приношу вам клятву благородной женщины[563] и обещаю, что до скончания дней моих буду верна и стану угождать вам, как Услада-Моей-Жизни Принцессе и даже еще лучше. И буду я печься о вашей особой привилегии, дабы не перешла она к другому, ибо сама добрая судьба привела вас сюда.
562
..и приказываете мне уйти. — Интересную трактовку этой притчи дает валенсийский исследователь Ж.-М. Перужо Мелгар. Анализируя символику животных в средневековых каталонских бестиариях, он обнаружил, что во времена Мартуреля еж рассматривался как олицетворение скупости. При этом в качестве доказательства повинности этого животного в данном грехе составители бестиария приводят такой пример: «Еж — это тварь, похожая на свинью, только вся покрытая колючками так, что нельзя дотронуться ни до какой части его тела, кроме ног и морды, которые не колются. Он может нанизать на свои колючки сколько хочет всего. И когда еж попадает в виноградник, чтобы поесть винограда, то сначала наедается до отвала а затем накалывает на колючки грозди, чтобы унести ягоды к себе в нору». Следует отметить, что виноградная гроздь ассоциировалась тогда с материальным благосостоянием (отсюда — дошедший до наших дней обычай католонцев есть виноград на Новый год). В свете этого исследователь дает такую трактовку притче Ипполита: человек, как и еж, приходит в виноградник, чтобы поесть винограда, а затем, когда удовлетворяет голод, стремится наесться про запас. Тогда виноградник символизирует не только тело императрицы, но и блага, которыми она владеет. А виноград, которым лакомится Ипполит, символизирует не только физические наслаждения, но и реальную выгоду. И действительно, Ипполит получает не только деньги и драгоценности, но и в финале — трон Греческой империи. Таким образом обнаруживается двойной смысл этой притчи, которая дает богатый материал для характеристики Ипполита.
563
...приношу вам клятву благородной женщины... — Как мы видим, чувства Элизеу к Ипполиту резко меняются: от ненависти — к любви. Исследователь Рафаэл Белтран (Rafael Beltran) отмечает параллелизм данного эпизода с «Селестиной» Фернандо де Рохаса, сравнивая Элизеу с Лукрецией. Белтран считает, что обе героини проходят своеобразную сексуальную инициацию: Лукреция — когда наблюдает любовную сцену между Калисто и Мелибеей, Элизеу — когда слышит эту притчу, перенасыщенную эротическим смыслом. В этот момент обе открывают для себя ценность физической стороны любви, чем и объясняется перемена в их чувствах.