Недоверие к лояльности ирландцев, по-видимому, весьма велико, поскольку лорд Пальмерстон заявил, что в этом году правительство се величества не намерено вербовать ирландцев в милицию. В свое время тот же Пальмерстон опрокинул кабинет Рассела под тем предлогом, что лорд Джон вызвал в Ирландии негодование, не распространив на нее закон о милиции. Кабинет потерпел фактическое поражение со своим железнодорожным биллем, включившим лишь незначительную часть параграфов, рекомендованных парламентской комиссией, созванной по этому поводу. Поскольку владельцы железнодорожных линий действуют очень сплоченно, доблестный г-н Кардуэлл, выступая от имени министерства, предпочел взять обратно первоначальный билль и заменить его другим, выработанным самими директорами железных дорог, ни к чему их не обязывающим и предусматривающим не более строгие правила, чем ныне действующие. Когда этот билль обсуждался в палате, там не было никого, кроме тех директоров железнодорожных компаний, которые являются членами парламента.
«По-видимому», — пишет один еженедельник, — «министры и парламент не в силах ни защитить собственность акционеров и карманы путешественников, ни обеспечить безопасность публики перед лицом железнодорожных компаний, утверждающих, что они вправе распоряжаться этими ценностями так, как им заблагорассудится».
Написано К. Марксом 9 мая 1854 г.
Напечатано в газете «New-York Daily Tribune» № 408б, 23 мая 1854 г.
Подпись: Карл Маркс
Печатается по тексту газеты
Перевод с английского
На русском языке публикуется впервые
Ф. ЭНГЕЛЬС
ЗНАМЕНИТАЯ ПОБЕДА
Английские газеты не скупятся на язвительные комментарии по поводу того, что царь наградил генерала Остен-Сакена за его участие в последнем сражении между союзным флотом и береговыми укреплениями, защищающими одесский порт. Они считают, что это сражение принесло полную победу союзникам, а ликование своего противника оценивают как новый пример московитского бахвальства и императорской лжи. Мы, со своей стороны, вовсе не питая особых симпатий к царю или Остен-Сакену, хотя последний несомненно умный и решительный человек (он брат другого генерала Остен-Сакена[133], командующего армейским корпусом в Дунайских княжествах), все же считаем, что эта «победа» под Одессой заслуживает большего внимания и что было бы полезно установить, какая из сторон занимается самовосхвалением и измышлениями; тем более, что до сих пор это первый и единственный бой между союзниками и русскими, о котором нам что-либо известно.
Из опубликованных обеими сторонами официальных документов явствует, что целью появления флота союзников перед Одессой было потребовать от губернатора, в качестве возмещения за выстрел по британскому парламентерскому флагу, выдачи всех английских, французских и русских судов, находящихся в порту. Союзникам должно было быть заведомо известно, что они не получат никакого ответа на эти требования, и они, очевидно, были подготовлены к тому, чтобы взять силой то, о чем они тщетно просили бы; коль скоро это им не удалось, значит, они потерпели самое настоящее поражение, независимо от того, какой урон они нанесли противнику.
Каково же было соотношение сил? Самый указ русского правительства о назначении Остен-Сакена начальником обширной области, расположенной непосредственно в тылу Дунайской армии, и тот факт, что он выбрал своей резиденцией Одессу, показывают, какое значение русские — с полным к тому основанием — придают этому пункту. Именно в Одессе неприятельский десант мог бы нанести русским наибольший ущерб. Неприятель нашел бы там ресурсы не только большого города, но и житницы всей Европы; там он оказался бы ближе всего к коммуникациям и линии возможного отступления русской армии, находящейся в Турции. При этих обстоятельствах союзные адмиралы не могли по знать, что город обороняется многочисленным гарнизоном и что любая попытка высадить десант, с тем контингентом матросов и солдат морской пехоты, который они смогут выделить на эту операцию, будет немедленно отражена. Но не высадив десанта и не заняв, пусть на короткое время, если не самый город, то хотя бы порт, они не могли рассчитывать на освобождение задержанных там британских и французских судов. Единственный их шанс на осуществление этой цели состоял в том, чтобы подвергнуть город самой ожесточенной бомбардировке, сделав опасным дальнейшее пребывание в нем каких-либо войск, и тогда попытаться освободить корабли. Однако еще неизвестно, можно ли было добиться этого, подвергнув бомбардировке большой город с очень широкими улицами и просторными площадями, где здания, которые могли бы загореться от обстрела, занимают сравнительно мало места. Итак, адмиралам должно было быть известно, что если Остен-Сакен ответит на их ультиматум отказом, они окажутся бессильны настоять на своем. Однако они полагали, что после выстрела по парламентерскому флагу что-то надо было предпринять против Одессы, и потому приступили к делу.
133
Здесь фактическая неточность: генерал Д. Е. Остен-Сакен командовал третьим армейским корпусом на Дунае, а затем (с декабря 1853 г.) он же командовал войсками, охранявшими побережье от Буга до Дуная; штаб его находился в Одессе.