В Сарагосе, говорят, инициатива исходила от военных; однако утверждение это опровергается дополнительным замечанием, что тут же было постановлено сформировать корпус милиции. Во всяком случае известно, и сама мадридская «Gaceta» это подтверждает, что еще
до пронунсиаменто в Сарагосе 150 солдат Монтосского кавалерийского полка, направлявшиеся в Мадрид и расположившиеся на ночлег в Торрехоне (в пяти лигах [Лига = 4,83 км. Ред.] от Мадрида), подняли восстание и бросили своих командиров, которые прибыли в Мадрид 13 июля вечером с полковой казной. Солдаты под командой капитана Барайбана сели на коней и двинулись по дороге к Уэте, намереваясь, как предполагают, соединиться с отрядом полковника Бусеты в Куэнке. Что же касается Мадрида, против которого якобы двигаются
Эспартеро с «армией центра» и генерал Сабала с северной армией, то совершенно понятно, что город, живущий за счет двора, присоединяется к восстанию в последнюю очередь. «Gaceta» опубликовала еще 15 июля бюллетень военного министра, в котором утверждается, что мятежники бегут, а преданность и энтузиазм войск возрастают. Граф Сан-Луис, который, по-видимому, очень верно оценил положение в Мадриде, заявил рабочим, что генерал О'Доннель и анархисты лишат их всякой работы, тогда как в случае победы правительство займет всех рабочих на общественных работах с оплатой по 6 реалов (75 центов) в день. Этим маневром Сан-Луис надеялся завербовать под свое знамя наиболее легко возбудимую часть мадридского населения. Однако его действия были так же успешны, как действия партии «National» в Париже в 1848 году[193]. Приобретенные им таким образом союзники вскоре превратились в его опаснейших врагов, ибо средств, предназначенных для их оплаты, хватило на шесть дней. Насколько правительство опасалось пронунсиаменто в столице, показывает воззвание генерала Лары (губернатора), запрещающее распространять какие-либо сведения об успехах восстания. Далее, тактика генерала Бласера, по-видимому, ограничивалась стремлением предупредить всякий контакт между повстанцами и войсками, дабы зараза не проникла в ряды последних. Говорят, что первоначальный план генерала О'Доннеля предусматривал встречу с правительственными войсками на равнинах Ламанчи, столь удобных для действий кавалерии. Однако прибытие экс-фаворита Серрано, поддерживавшего связи с некоторыми из главных городов Андалузии, заставило отказаться от этого плана. Тогда армия конституционалистов решила не оставаться в Ламанче, а идти на Хаэн и Севилью.
Заметим, en passant [между прочим. Ред.], что boletinos [бюллетени. Ред.] генерала Бласера необычайно напоминают приказы по службе испанских генералов XVI века, над которыми так потешался Франциск I, и приказы XVIII века, которые высмеивал Фридрих Великий.
Ясно, что это испанское восстание неизбежно станет источником разногласий между правительствами Франции и Англии; а сообщение одной французской газеты, будто генерал О'Доннель перед началом восстания скрывался во дворце британского посла, едва ли ослабит недоверие Бонапарта к Англии. В отношениях между Бонапартом и Викторией начинает уже накапливаться раздражение. Бонапарт ожидал встретить королеву при погрузке своих войск в Кале, но ее величество ответила на это желание тем, что в тот самый день посетила бывшую королеву Амелию. Кроме того, когда английских министров запросили в парламенте, почему не проводится блокада Белого, Черного и Азовского морей, они в оправдание сослались на союз с Францией. На это Бонапарт ответил в «Moniteun» объявлением о блокаде названных морей, не дожидаясь получения формального согласия Англии. Наконец, так как погрузка французских войск исключительно на британские суда произвела дурное впечатление во Франции, Бонапарт опубликовал список французских судов, предназначенных для той же цели, и использовал их.
Порта вручила представителям четырех союзных держав ноту относительно разрешения греческим торговым кораблям снова входить в турецкие гавани. Это разрешение будет действительно в течение двух месяцев, при условии, что греческое правительство не допустит никаких действий, которые могли бы вызвать его отмену. Если по истечении этого срока греческое правительство не даст надлежащего удовлетворения Порте, последняя оставляет за собой право восстановить нынешнее status quo. Греческие корабли в турецких гаванях будут подчиняться местным властям и не могут апеллировать к покровительству других держав. В течение двух месяцев должны быть выработаны основы для заключения соглашения и торгового договора. Вознаграждение, которого требует Порта за огромные убытки, причиненные греческим восстанием, должно быть определено третейским судом по докладу комиссии, которая произведет расследование на местах и будет состоять из французов, англичан, турок и греков.
193
В марте 1848 г, временное правительство Французской республики, руководящую роль в котором играла партия умеренных, буржуазных республиканцев, группировавшихся вокруг газеты «Le National» («Национальная газета»), организовало в Париже национальные мастерские, пытаясь создать себе из рабочих этих мастерских опору в борьбе против революционного пролетариата. Эта попытка расколоть рабочий класс не удалась, и рабочие национальных мастерских составили основное ядро повстанцев во время июньского восстания 1848 года.