Как мы узнали из английских газет и из сообщения, сделанного в палате лордов лордом Шефтсбери и в палате общин г-ном Монктоном Милнсом, английскому правительству предстоит, отчасти в связи с этим движением греческого населения, предпринять шаги для улучшения положения христианских подданных Порты. В этом сообщении ясно говорится, что великой целью, преследуемой западными державами, является уравнение в правах христианской и магометанской религий в Турции. Однако это либо ровно ничего не означает, либо означает предоставление политических и гражданских прав как мусульманам, так и христианам, безотносительно к тому, кто к какой религии принадлежит, и вообще независимо от всякой религии. Другими словами, это означает полное отделение государства от церкви, религии от политики. Но турецкое государство, как все восточные государства, имеет своей основой теснейшее переплетение и чуть ли не отождествление государства и церкви, политики и религии. Коран является для Турецкой империи и ее правителей одновременно источником веры и закона. Но возможно ли уравнять в правах перед кораном правоверного и гяура, мусульманина и райю? Это непременно означало бы на деле — заменить коран новым гражданским кодексом, другими словами означало бы — разрушить структуру турецкого общества и создать на его развалинах новый порядок вещей.
С другой стороны, главной чертой, отличающей православие от других разновидностей христианства, это — то же отождествление государства и церкви, гражданской и церковной жизни. В Византийской империи государство и церковь были так тесно переплетены, что невозможно изложить историю первого, не излагая истории второй, В России наблюдается такое же отождествление, хотя, в противовес тому, что имело место в Византии, церковь превращена в простое орудие государства, в инструмент угнетения внутри страны и захватов вовне. В Оттоманской империи, в соответствии с восточными понятиями турок, византийской теократии была предоставлена возможность разрастись до такой степени, что священник в приходе является одновременно судьей, старостой, учителем, душеприказчиком, сборщиком налогов, вездесущим фактотумом в гражданской жизни, не служителем, а мастером на всо руки. Главный упрек, который здесь можно сделать туркам, заключается не в том, что они ограничили привилегии христианского духовенства, а, наоборот, в том, что под их владычеством эта всеобъемлющая деспотическая опека, этот контроль и вмешательство церкви смогли проникнуть во всо сферы общественной жизни. Г-н Фаллмерайер очень забавно описывает в своих «Восточных письмах», как он удивил православного священника, рассказав ему о том, что католическое духовенство не имеет никакой гражданской власти и не несет гражданских функций. «Чем же наши католические братья заполняют свое время?» — воскликнул тот.
Из всего сказанного ясно, что введение в Турции нового гражданского кодекса, кодекса, совершенно не связанного с религией и основанного на полном отделении государства от церкви, означало бы не только упразднение магометанства, но и уничтожение православной церкви в том виде, в каком она существует в Турецкой империи. Найдется ли кто, достаточно наивный, чтобы всерьез поверить, будто робким и слабосильным реакционерам, входящим в нынешнее британское правительство, могло прийти в голову взять на себя гигантскую задачу, предполагающую осуществление полного социального переворота в такой стране, как Турция? Это полная нелепость. У них может быть лишь одна цель — пустить пыль в глаза английскому народу и народам Европы.
Написано К. Марксом 10 марта 1854 г.
Напечатано в газете «New- York Daily Tribune» № 4039, 29 марта 1854 г. в качестве передовой
Печатается по тексту газеты
Перевод с английского
На русском языке публикуется впервые
Ф. ЭНГЕЛЬС
ОТСТУПЛЕНИЕ РУССКИХ ОТ КАЛАФАТА[98]
Русские отступили от Калафата и, как утверждают, полностью перестроили свой план кампании. Таков славный конец усилий и опасностей трехмесячного похода, за время которого были совершенно истощены последние ресурсы Валахии. Таков плод непонятного похода в Малую Валахию, который, по-видимому, был предпринят с полным игнорированием самых элементарных правил стратегии; для того чтобы взять Калафат, единственное предмостное укрепление, находившееся в руках турок на левом берегу Дуная, главную массу русской армии сконцентрировали на крайне правом фланге, оставив ослабленные центр и левый фланг совершенно незащищенными в случае какой-либо атаки противника и проявив такое отсутствие заботы о коммуникациях и путях отступления, равного которому не знает история ведения войн. То, что Омер-паша не воспользовался этим промахом, может быть объяснено лишь вмешательством английского посла в Константинополе. А как случилось, что русские в конце концов вынуждены были с позором отступить, не достигнув своей цели, это я намерен сейчас показать.
98
Статья Ф. Энгельса «Отступление русских от Калафата» принадлежит к числу тех статей Маркса и Энгельса, которые публиковались одновременно в двух печатных органах. Как и в других аналогичных случаях за неимением рукописи в основу русского перевода взят наиболее полный и достоверный из имеющихся печатных текстов, а важнейшие разночтения помещены под строкой. В данном случае статья печатается по тексту, появившемуся в чартистском органе «People's Paper».