Далее, статья 8 договора предусматривает,
«что в случае, если генерал-губернатор Индии со своим Советом будет вынужден воспользоваться властью, возложенной на него статьей 7, то он, по мере возможности, будет стараться сохранять и по мере сил совершенствовать туземные учреждения и формы управления на данных территориях, дабы этим облегчить возвращение их государю Ауда, когда наступит подходящий для этого момент».
Официально считается, что этот договор был заключен между генерал-губернатором Британской Индии и его Советом[358], с одной стороны, и королем Ауда — с другой. Как таковой, договор был с соблюдением всех формальностей ратифицирован обеими сторонами, и был произведен должным образом обмен ратификационными грамотами. Но когда он был представлен на утверждение Совета директоров Ост-Индской компании, он был аннулирован (10 апреля 1838 г.) как нарушающий дружеские отношения между Компанией и королем Ауда и являющийся посягательством со стороны генерал-губернатора на права этого монарха. Пальмерстон не спрашивал у Компании разрешения заключить этот договор; и он не обратил никакого внимания на ее постановление об его аннулировании. Равным образом и король Ауда никогда не уведомлялся о том, что договор был аннулирован. Это удостоверил сам лорд Далхузи (протокол от 5 января 1856 года):
«Весьма вероятно, что король в ходе предстоящих переговоров с резидентом сошлется на договор, заключенный с его предшественником в 1837 году; резиденту известно, что договор не остался в силе, ибо он был аннулирован Советом директоров сразу же после того, как он был получен в Англии. Далее, резиденту известно, что, хотя король Ауда в свое время был уведомлен о том, что некоторые обременительные условия договора 1837 г. в отношении увеличения военных сил не будут осуществлены, однако о полной отмене его никогда не сообщалось его величеству. В результате такого умолчания и неполной информации в настоящее время создалось затруднительное положение. Оно становится еще более затруднительным в связи с тем, что аннулированный документ был все же включен в собрание договоров, изданное в 1845 г. по распоряжению правительства».
В том же самом протоколе, в разделе 17, говорится:
«Если бы король сослался на договор 1837 г. и спросил, почему — если теперь требуются дальнейшие мероприятия по управлению Аудом — не применяются те обширные полномочия, которыми упомянутый договор наделил британское правительство, то надлежит поставить в известность его величество, что договор этот прекратил свое существование с тех пор, как он был сообщен Совету директоров, который полностью аннулировал его. Его величеству следует напомнить, что двор в Лакнау был в свое время уведомлен о том, что должны быть аннулированы некоторые статьи договора 1837 г., согласно которым на короля были возложены расходы по содержанию дополнительных военных сил. Надо полагать, что о тех статьях договора, которые должны были вступить в силу не сразу, в свое время не сочли нужным сообщить его величеству, а в дальнейшем это сообщение упустили сделать по недосмотру».
По этот договор был не только включен в официальное собрание договоров, изданное в 1845 году; на него и официально ссылались, как на существующий договор, в нотификации лорда Окленда королю Ауда, датированной 8 июля 1839 г., в представлениях, сделанных лордом Хардингом (тогдашним генерал-губернатором) тому же королю 23 ноября 1847 г., и в сообщении полковника Слимена (резидента в Лакнау) самому лорду Далхузи 10 декабря 1851 года. Почему же лорду Далхузи понадобилось с таким упорством отрицать законность договора, который считали действующим все его предшественники и даже его собственные чиновники в своей переписке с королем Ауда? Исключительно потому, что, согласно этому договору, какой бы повод король ни подал для вмешательства в свои дела, это вмешательство должно было ограничиваться тем, что британские должностные лица могли взять в свои руки управление страной от имени короля Ауда, которому они обязаны были выплачивать излишки доходов. Но англичане желали как раз обратного. Удовлетворить их могла только аннексия. Это отрицание законности договоров, которые составляли официально признанную основу взаимоотношений в течение двадцати лет; этот насильственный захват независимых территорий, являющийся открытым нарушением даже официально признанных договоров; эта окончательная конфискация каждого акра земли по всей стране — все эти предательские и отвратительные приемы обращения британцев с туземцами Индии начинают теперь мстить за себя не только в Индии, но и в самой Англии.