Признательный вам много за вашу откровенность
Н. Гоголь.
Плетневу П. А., 9 мая н. ст. 1847*
Неаполь. Мая 9 <н. ст. 1847>.
Я получил милое письмо твое (от 4/16 апреля)* перед[899] самым моим отъездом из Неаполя; спешу, однако ж, написать несколько строчек. Ответ на твои запросы ты, вероятно, уже имеешь отчасти из письма моего к Россети (от 15 апреля), отчасти из письма к тебе (от 17 апреля). Благодарю тебя также за приложение[900] двух писем, для меня очень значительных. Вигелю я написал маленький ответ, при сем прилагаемый*, который, пожалуста, передай ему немедленно. Что касается до письма Брянчанинова*, то надобно отдать справедливость нашему духовенству за твердое познание догматов. Это познание[901] слышно во всякой строке его письма.[902] Всё сказано справедливо и всё верно. Но, чтобы произнести полный суд моей книге, для этого нужно быть глубокому душеведцу, нужно почувствовать и услышать страданье той половины современного человечества, с которою даже не имеет и случаев сойтись монах; нужно знать не свою жизнь, но жизнь многих. Поэтому никак для меня не удивительно, что им видится в моей книге смешение света со тьмой. Свет для них та сторона, которая им знакома; тьма та сторона, которая им незнакома; но об этом предмете нечего нам распространяться. Всё это ты чувствуешь и понимаешь, может быть, лучше моего. Во всяком случае, письмо это подало мне доброе мнение о Брянчанинове. Я считал его, основываясь на слухах, просто дамским угодником и пустым попом.