Выбрать главу

На грязное замечание жадных до барышей, подстегиваемых конкуренцией патриотов о значении для газеты платных объявлений как источника доходов всего предприятия мы, разумеется, отвечать не собираемся. «Neue Rheinische Zeitung» всегда отличалась от патриотов во всем и, в частности, в том, что она никогда не смотрела на политическое движение как на аферу или как на источник доходов»[428].

Вскоре после этого резкого отказа от предложенного Фогтом и компанией источника доходов на одном собрании этого центрального коммерческого союза{52} была слезливо упомянута «Neue Rheinische Zeitung» как образец «чисто немецкой розни». В конце нашего ответа на эту иеремиаду («Neue Rheinische Zeitung» № 248) Фогт назван «трактирным горланом провинциального университетского городка и неудачным имперским Барро»[429], Правда, тогда (15 марта) он еще не дошел в вопросе об императоре до апогея. Но мы уже раз навсегда составили себе представление о г-не Фогте и могли поэтому рассматривать как свершившийся факт его будущую измену, которая пока еще и для него самого не была ясна.

Впрочем, после этого мы предоставили Фогта и его компанию молодому, столь же остроумному, как и смелому Шлёффелю, который приехал в начале марта из Венгрии во Франкфурт и присылал нам оттуда отчеты о бурях в имперском лягушачьем болоте.

Между тем, Фогт пал так низко, — он сам, конечно, сделал для этого больше, чем «Neue Rheinische Zeitung», — что даже Бассерман осмелился на заседании от 25 апреля 1849 г. заклеймить его как «отступника и ренегата».

В результате своего участия в эльберфельдском восстании один из редакторов «Neue Rheinische Zeitung», Ф. Энгельс, вынужден был бежать[430], да и сам я вскоре был изгнан из Пруссии, после того как неоднократные попытки заставить меня в судебном порядке молчать потерпели неудачу в суде присяжных, а орган министерства государственного переворота, «Neue Preusische Zeitung»[431], неоднократно обличала «Чимборасо дерзости «Neue Rheinische Zeitung», в сравнении с чем бледнеет «Moniteur» 1793 года» (см. «Neue Rheinische Zeitung» № 299)[432]. Такой «Чимборасо дерзости» был вполне на месте в прусском городе-крепости и в такое время, когда победоносная контрреволюция пыталась произвести впечатление своей бесстыдной жестокостью.

19 мая 1849 г. вышел последний номер «Neue Rheinische Zeitung» (красный номер). Пока газета еще выходила, Фогт терпел и молчал. И вообще когда какой-нибудь парламентарий заявлял протест, то делал это всегда в приличных выражениях, — примерно так:

«Милостивый государь, я не меньше ценю резкую критику вашей газеты из-за того, что она одинаково строго следит за всеми партиями, и всеми лицами» (см. № 219 от 11 февраля 1849 г., протест Везендонка).

Неделю спустя после закрытия «Neue Rheinische Zeitung» Фогт решил, наконец, что наступил момент воспользоваться долгожданным случаем и, прикрываясь щитом парламентской неприкосновенности, превратить накопившуюся за долгое время в глубине души его «материю» в «силу»[433]. Один из редакторов «Neue Rheinische Zeitung», Вильгельм Вольф, будучи заместителем, вошел вместо одного скончавшегося силезского депутата во Франкфуртское собрание, уже «находившееся в процессе разложения».

Чтобы понять описанную ниже сцену, разыгравшуюся на заседании парламента 26 мая 1849 г., нужно вспомнить, что в то время восстание в Дрездене и отдельные выступления в Рейнской провинции уже были подавлены, Баден и Пфальц находились под угрозой имперской интервенции, главная русская армия шла на Венгрию и, наконец, имперское министерство просто отменило все постановления Собрания. На повестке дня стояли два «Воззвания к немецкому народу»: одно было отредактировано Уландом и исходило от большинства, а другое — от принадлежавших к центру членов Комиссии тридцати[434]. Председательствовал на заседании дармштадтец Рэ, превратившийся потом в зайца{53} и тоже «отложившийся» от находившегося в процессе «полного разложения» Собрания, Цитирую по официальному стенографическому отчету (№№ 229, 228) заседания в соборе св. Павла[435].

Вольф (от Бреславля):

вернуться

428

Цитируется статья К. Маркса «Мартовский союз» (см. настоящее издание, том 6, стр. 354–356).

вернуться

429

См. статью К. Маркса «Франкфуртский Мартовский союз и «Neue Rheinische Zeitung»» (настоящее издание, том 6, стр. 383),

вернуться

430

См. работы Энгельса «Эльберфельд» (настоящее издание, том 6, стр. 543–545) и «Германская кампания за имперскую конституцию» (настоящее издание, том 7, стр. 123–134).

вернуться

431

Имеется в виду государственный переворот в Пруссии в ноябре — начале декабря 1848 г., который завершился победой контрреволюционных сил. В результате государственного переворота в Пруссии было создано крайне реакционное министерство Бранденбурга — Мантёйфеля и разогнано Национальное собрание.

«Neue Preusische Zeitung» — см. примечание 393.

вернуться

432

См. статью «Kreuz-Zeitung» (настоящее издание, том 6, стр. 533).

вернуться

433

См. примечание 390.

вернуться

434

Воззвание к немецкому народу, составленное поэтом Уландом от имени умеренных демократов, было продиктовано их стремлением сблизите свою политическую линию с линией либеральной буржуазии. Это воззвание, в котором не предлагалось никакой конкретной программы действий, ограничивалось беспомощным призывом к немецкому народу об оказании содействия введению имперской конституции.

Второе воззвание, предложенное Комиссией тридцати, содержало в себе не менее бесплодный призыв к солдатам тех немецких государств, которые не признавали Национального собрания и его решений, присягнуть имперской конституции.

Комиссия тридцати была создана франкфуртским Национальным собранием 12 апреля 1849 г. для выработки мер по проведению в жизнь имперской конституции в связи с неясной позицией прусского короля Фридриха-Вильгельма IV в отношении предложенной ему Собранием императорской короны. Фридрих-Вильгельм IV, поставив сначала свое согласие в зависимость от позиции других немецких государей, 28 апреля 1849 г. заявил об отклонении им имперской конституции и об отказе от императорской короны.

вернуться

435

Здесь, как и в других местах, где говорится о франкфуртском Национальном собрании, Маркс пользовался стенографическими отчетами, которые вышли затем отдельным изданием: «Stenographischer Bericht uber die Verhandlungen der deutschen constituirenden Nationalversammlung zu Frankfurt am Mein». Frankfurt am Mein, 1848–1849 («Стенографический отчет о заседаниях германского учредительного Национального собрания во Франкфурте-на-Майне». Франкфурт-на-Майне, 1848–1849).