Лорд Монтегю заключил свою речь следующими словами:
«Я обвиняю правительство в том, что оно сделало нас союзниками палача французской свободы, а теперь дает возможность этому бессовестному авантюристу утверждать деспотизм в чужой стране. Оно связывает нашу судьбу с судьбой человека, который вызывает отвращение людей и которого ожидает мщение неба».
Написано К. Марксом 16 июля 1862 г.
Напечатано в газете «Die Presse» № 198, 20 июля 1862 г.
Печатается по тексту газеты
Перевод с немецкого
К. МАРКС
К КРИТИКЕ ПОЛОЖЕНИЯ В АМЕРИКЕ
Кризис, охвативший сейчас Соединенные Штаты, вызван двоякого рода причинами: военными и политическими.
Если бы последняя кампания велась по единому стратегическому плану, то, как уже ранее разъяснялось на страницах нашей газеты, главная армия на западе должна была использовать свои успехи в Кентукки и Теннесси для вторжения через северную часть Алабамы в Джорджию и для овладения там железнодорожными центрами у Декейтера, Милледжвилла и т. д. Тем самым была бы прервана связь между восточной и западной армиями сецессионистов и исключена возможность их взаимной поддержки. Вместо этого Кентуккийская армия двинулась вниз по Миссисипи на юг, по направлению к Новому Орлеану, и ее победа неподалеку от Мемфиса привела лишь к тому, что большая часть войск Борегара была переброшена в Ричмонд; в результате у конфедератов неожиданно создалось здесь численное и позиционное превосходство над Мак-Клелланом, который не использовал поражения неприятельских войск под Йорктауном и Вильямсбергом и к тому же с самого начала распылил свои собственные боевые силы. Одного командования Мак-Клеллана, уже охарактеризованного нами ранее, было достаточно, чтобы обеспечить гибель крупнейшей и наилучшим образом дисциплинированной армии. Наконец, и военный министр Стантон сделал непростительную ошибку. В расчете на благоприятный эффект за границей он, после завоевании Теннесси, приостановил вербовку солдат и обрек, таким образом, армию на беспрестанное ослабление в тот самый момент, когда ей больше всего требовались подкрепления для быстрого и решительного наступления. Несмотря на стратегические промахи и вопреки командованию Мак-Клеллана, война, благодаря постоянному притоку рекрутов, если и не была до сих пор выиграна, то все же быстро приближалась к победоносной развязке. Шаг Стантона был тем губительнее потому, что как раз тогда Юг призвал под ружье всех мужчин в возрасте от 18 до 35 лет, поставив таким образом на одну карту все. Вот эти-то обученные тем временем люди дают теперь конфедератам почти повсюду перевес и обеспечивают им инициативу. Они остановили Галлека, вытеснили из Арканзаса Кертиса, разбили Мак-Клеллана и под командованием Джэксона-Каменная стена дали сигнал к партизанским набегам, доходящим теперь уже до Огайо.
Военные причины кризиса отчасти связаны с политическими. Одна из этих причин — влияние демократической партии, которая возвела такую бездарность, как Мак-Клеллан, на пост commander in chief [главнокомандующего. Ред.] всеми вооруженными силами Севера за то, что в свое время он был сторонником Брекинриджа. Другая причина — робкая предупредительность по отношению к желаниям, выгодам и интересам лидеров пограничных рабовладельческих штатов (border slave states), притуплявшая до сих пор принципиальную заостренность гражданской войны и, так сказать, лишавшая ее души. «Лояльные» рабовладельцы этих пограничных штатов добились того, что продиктованные Югом fugitive slave laws (законы о беглых рабах)[331] оставались в силе, а симпатии негров к Северу насильственно подавлялись, что ни один из генералов не мог осмелиться сформировать негритянскую роту и что, наконец, рабство превратилось из ахиллесовой пяты Юга в его неуязвимый панцирь. Благодаря рабам, выполняющим всю производительную работу, Юг может поставить под ружье все свое боеспособное население!
В настоящий момент, когда акции сецессионистов поднимаются, лидеры пограничных штатов начинают повышать своп притязания. Однако обращение к ним Линкольна[332], в котором он угрожает бурным ростом аболиционистской партии, показывает, что дело принимает революционный оборот. Линкольн знает то, чего не знает Европа, — что такой холодный отклик на его призыв выставить 300000 рекрутов объясняется вовсе не апатией или расслабленностью под влиянием поражения. Дело в том, что Новая Англия и Северо-Запад, давшие армии основные людские резервы, решили принудить правительство к революционному ведению войны и начертать на звездном флаге в качестве боевого лозунга слова: «Уничтожение рабства». Линкольн уступает этому pressure from without [давлению извне. Ред.] медленно и с опаской, но он знает, что не сможет противиться ему долго. Отсюда его умоляющий призыв к пограничным штатам добровольно и на взаимовыгодных условиях отказаться от института рабства. Он знает, что только сохранение рабства в пограничных штатах обеспечивает неприкосновенность рабства на Юге и не позволяет Северу применить действительно радикальное средство исцеления. Он ошибается только, когда воображает, что «лояльных» рабовладельцев можно убедить доброжелательными речами и разумными доводами. Они уступят только силе.
332
Имеется в виду обращение президента Линкольна 12 июля 1862 г. к представителям пограничных штатов в конгрессе США. В обращении предлагалось в целях скорейшего прекращения войны приступить в этих штатах к постепенному освобождению негров-рабов на основе компенсации рабовладельцев.