Подписавшие циркуляр заявляют, будто Гаагский конгресс не был правомочным и ни в коей мере не представлял большинства членов Товарищества. Конгресс был созван Генеральным Советом в соответствии со статьей 4 Общего Устава на законных основаниях. На нем присутствовало 64 делегата, представлявших 15 различных наций и лично принадлежавших к 12 различным национальностям. Ни один из предыдущих конгрессов не мог похвастаться таким поистине интернациональным составом. Принятые резолюции были проникнуты истинным духом интернационализма, о чем свидетельствует тот факт, что почти все они были приняты большинством в три четверти голосов и что делегаты двух наций, которые недавно были вовлечены в братоубийственную войну друг с другом, — французы и немцы, — почти во всех случаях голосовали за них единодушно. Если Англия по своей собственной вине не была представлена на конгрессе многочисленной делегацией, то разве это является основанием объявлять конгресс неправомочным?
Авторы циркуляра не довольны резолюцией конгресса о политическом действии рабочего класса. Они говорят, что она была принята после того, как большинство делегатов разъехалось. Официальный отчет, опубликованный в № 37 «International Herald» (14 декабря), показывает, что по этому вопросу голосовало 48 делегатов из 64, причем 35 из них голосовало за резолюцию. В числе этих 35 мы находим и имя г-на Моттерсхеда, который подписывает теперь циркуляр, отвергающий резолюцию.
Что же представляет собой эта резолюция? Она по своему содержанию и большей частью также по формулировкам тождественна резолюции, принятой на общей конференции в Лондоне в сентябре 1871 г. и официально опубликованной вместе с остальными резолюциями 17 октября того же года Генеральным Советом[216]; и на ней фигурируют в числе прочих подписи Джона Хейлза, Т. Моттерсхеда, Г. Юнга, Ф. Брадника, Г. Мейо и Джона Роча! Поскольку Генеральный Совет должен был проводить в жизнь резолюции конференции, то почему же никто из этих граждан не счел тогда уместным подать в отставку, уйти из Генерального Совета и протестовать против этой резолюции, которую теперь они вдруг признают столь опасной?
Циркуляр совершенно извращает смысл этой резолюции, что нетрудно будет обнаружить, ознакомившись с ее текстом, опубликованным в № 37 «International Herald» [См. настоящий том, стр. 143. Ред.]. Вопреки тому, что утверждается в циркуляре, резолюция не вменяет в обязанность тред-юнионам и другим политически нейтральным организациям заниматься политической деятельностью. Она просто требует образования в каждой стране самостоятельной партии рабочего класса, которая противостояла бы всем буржуазным партиям. Это означает, что она призывает рабочий класс здесь, в Англии, перестать служить хвостом «великой либеральной партии», и образовать свою собственную независимую партию, как это он сделал в славные дни великого чартистского движения.
Таким образом, утверждения о вероломстве по отношению к тред-юнионам оказываются сущим вымыслом. Но позволительно спросить, где теперь те тред-юнионы, которые в свое время примкнули к Интернационалу? Денежный баланс за прошлый год показывает, что почти все они исчезли за время секретарства гражданина Хейлза.
Следующая жалоба заключается в том, что Генеральный Совет был переведен в Нью-Йорк и что в нем нет ни англичан, ни американцев. Новый Генеральный Совет состоит из людей, принадлежащих к пяти различным нациям, и если англичане в Нью-Йорке держатся в стороне от Интернационала, то пусть сами пеняют на себя, что они не представлены в Совете. Пока Совет находился в Лондоне, англичане были всегда представлены в гораздо большем количестве, чем любая другая нация, и очень часто составляли абсолютное большинство; между тем, французы, например, одно время совсем не были в нем представлены. Но англичане не могут претендовать на такой порядок, как на свое неотъемлемое право. Когда Гаагский конгресс, в соответствии с правами и обязанностями, предоставленными ему статьей 3 Общего Устава, избирал новый Генеральный Совет, он выбрал наилучшее по своему убеждению место и в этом месте — наилучших людей. Подписавшие циркуляр могут держаться иного мнения, но это не умаляет прав конгресса.
В циркуляре утверждается, будто в результате такого образа действий секции и федерации лишены своего прежнего права решать вопрос о том, какую политику они должны проводить в своих странах. Это опять неверно. Где бы ни находился Генеральный Совет — в Лондоне, Нью-Йорке или где-либо еще — права секций и федераций остаются неизменными. Но, — говорится в циркуляре, — для того чтобы этот пункт не нарушался,
216
Резолюцию IX Лондонской конференции 1871 г. см. настоящее издание, т. 17, стр. 426—427