Приехал в 2½ часа. В В[олостном] Пр[авлении] комнат не оказалось. Поместился на станции и сейчас же пошел на заседание. Не ел с 8 утра до 10 вечера, когда кончилось заседание.
187)
июнь — 4(16)
В дороге так растрясло, что часа 2-3 провозились с очисткой вещей в чемодане от рассыпавшегося персид[ского] порошка{137}. Записал все виденное и в 12-ом часу поехал к Мерцалову. Заднесель[ское] — большое село с двумя лавками, церковью, В[олостным] правле[нием], училищем. Душ{138}; дворов 70. Народ веселый и открытый. Местами лишь попадались и угрюмые лица. У А.Е. [Мерцалова] встретил прегостеприимнейший прием, узнал много интересного. Дай Бог побольше таких. Подарил мне свою книгу{139}. Там же видел бывшего непремен[ного] члена Петрова{140}, угрюмого, предубежденного но и на первый взгляд сильн[ого] чел[овека]. Под вечер сидел в В[олостном] Правлении]
188)
июнь — 5(17)
До 3 ч. сидел в В[олостном] Пр[авлении], а в 4½ двинулся в Тройчину. Ехал всю ночь, 18 часов. И, слова Фишера оправдались, — спал отлично. Остановился на станции и пошел в правление, где расспросил сторожа, принявшего меня за нового непрем[енного] члена. Дорога опять почти вся стала хорошая. Ночь была совсем светлая. Ст[анция]{141} какой-то оазис среди «Европы»! Все дико и бесконечно бедно. Везде бедно, бедно. Только и жалоб, только и слов.
По дороге иногда попадаются часовни чисто монгольского типа. Откуда — это?
189)
июнь — 6(18)
Нашел кое-что интересное и в решениях и в расспросах. Писаря и служащих не было. Нужно спешить. Вечное положение! Хочется написать письмо и нельзя.
Поел. Теперь 4½ часа. Бегу в Правление. Теперь я верст за 700 от Москвы. В первый раз в жизни испытал на себе, что кусок горячего мяса — роскошь. Даже неповаренного [?] молока вчера выдул целую кринку. Иду, иду! В 7 ч. кончил. Узнавать больше нечего, да и не у кого. Ехать бы, да нельзя: на ночь глядя приедешь. — Хозяин станции спросил меня: «Как Вас понимать?» т.е. кто я? Вообще говорят здесь странно, как будто с малор[оссийским] акцентом и почти все не произносят «г». — Написал Ане. Читал Калевалу. Приклонялся.
190)
июнь — 7(19)
Утром в 9 ч. отправился и в 10½ был уже в Вотчинском. Сейчас же пошел к священнику — Аристарху Левитскому{142}, оказавшемуся довольно развитым семинаристом, радетелем школ и просвещения. Просидел часа 4, поел, чаю попил. Записал м[ежду] пр[очим] свадебные песни. Потом был в Вол[остном] правлении, переполошил писаря. В 7 ч. двинулся дальше в Васильевское. И тут началось. Не успел я проехать первую станцию, как оказалось, что лошади 1-ой не хватает (это у помещиков), все же нашли, угостили квасом. На второй не было вовсе лошадей, и п[оэтому] ждали следовать. Спал от 11 ½ ч. до 4 и в 4½ уже двинулся в путь…
«Нечаянность» извиняет и убийство.
191)
июнь — 8(20)
Сначала не давали лошадей; ждал часа 2, покусали блохи, наконец двинулся с мальчиком 12 лет, к[ото]рому было совершенно не под силу управиться с лошадьми. Кое-как доехали. Попили молока и дальше. Мальчики, отпирающие ворота, слишком явно выказывали желание получить etwas[95]. Как туча воробьев бросались на гривенники. 2-е ехали далее 2 станции, чтобы отворять ворота. На последней ст[анции] сидел с час и болтал с женой ямщика и ребятишками. Поехали и о, ужас!… надо назад, оба колеса не в порядке. Ямщик поехал, а я целый час сидел у дороги. М[ежду] пр[очим] вырезал «К. д[орог]ой А.» и взял незабудку. Наконец, в 3 часа, я сидел чисто умытый за самоваром на почт[овой] станции. Поел и поехал к Бабенову. Сей последний сказатель Бабенов премилый и пресимпат[ичный] господин.
192)
июнь — 9(21)
У Бабенова ночевал и обедал. До 4 ч. проговорили. Назад я шел с Дмитрием-шоптарем{143}. — По дороге бывают грабежи и я старался не спать, но уснул даже под ливнем. Промокший ночевал на второй станции. Комары и оводы!..
[Рисунки с подписями справа:] борона, соха, часовня, телега; [справа вертикально набросок лошади, запряженной в телегу].