Выбрать главу

Виктор Алексеевич Гончаров

Полное собрание сочинений

Том 2. Межпланетный путешественник

Межпланетный путешественник

(фантастический роман)
Продолжение и окончание «Психо-машина»

I. Комбинации вселенной

Глава I. Тайна Веза Айрани

1.

Помещениями небезы были богаты. Квартирный кризис они переживали только один раз – 500.000 лет назад, во время контр-социалистического переворота, когда победители-везы, отчаянно уплотнив побежденных, сами разместились более чем с комфортом: каждый вез занимал по дворцу. По мере вымирания узурпаторов, искусственно – посредством чудовищных мер – разряжалась плотность остального населения. В результате – через 20–30 лунных лет острота квартирного кризиса «благополучно миновала», – как выразился везовский официоз, и с тех пор на этой планете не знали, что значит не иметь помещений для жилья.

Последняя революция, снова поставив у власти народ, дала ему возможность еще просторней расположиться в многочисленных «небоскребах» и дворцах. Но и теперь еще пустовали целые кварталы на заселенном полушарии Луны, не считая давно покинутых жилых строений внутри планеты. Андрею и Никодиму, как они ни протестовали, отвели в знак особого расположения к ним громадный трехэтажный особняк, стоявший наверху 60-этажного «небоскреба».

– Ну, что ты будем делать с ним? – растерянно вопрошали приятели, привыкшие на Земле жить в одной скромной комнатке, вполне достаточной для помещения их небольшого имущества и их самих. А тут, лишь для того, чтобы более или менее подробно ознакомиться с новой своей квартирой, потребовалось несколько дней…

Весь первый этаж занимала библиотека. Шкапы от пола до потолка были заполнены книгами – сокровищницами везовских знаний. Лунные книги совсем не походили на земные. Они скорей напоминали собой граммофонные пластинки, исчерченные с обеих сторон микроскопическими концентрическими кругами. Кайя – женщина-небез, постоянный спутник приятелей – объяснила, как пишутся эти книги и как их можно читать.

Сходство в изготовлении земных граммофонных пластинок и лунных книг так же, как и в пользовании ими, былое полное.

Как на Земле записывают звуковые волны, в частности человеческий голос, на особой мастике, так на Луне записывают психоволны посредством аналогичного же аппарата и такой же мастики.

И звук и мысль – явление чисто материальное; и то и другое в первом случае – волнообразное колебание воздуха, во-втором – колебание более тонкой материи – эфира.

Лунный ученый, задумавши написать книгу и продумавши ее основательно, становится перед психо-фиксатором и излучает в него свои мысли. Последние фиксируются в виде линий разной глубины на пластинках.

– Таким образом, ваши книжные листы соответствуют нашим пластинкам, а несколько таких пластинок, соединенных вместе, составляют лунную книгу. Чтобы прочитать ее, достаточно взять этот прибор, – Кайя показала небольшой аппаратик с рупорной трубой, – если перевести его название на земной язык, оно будет «психафон», и вкладывать на вертящийся круг его последовательно листы-пластинки. Тогда психафон начнет излучать мысли автора книги.

– Ваши книги занимают очень много места, – сказал Никодим, оглядывая шкапы, заставленные толстыми пластинками в металлических футлярах.

– Вы ошибаетесь, – возразила Кайя, доставая с полки один футляр, имевший в толщину 2 вершка.

– Вот в этой книге, например, изложена вся история лунной жизни, начиная с эпохи зарождения первой живой клетки и почти до настоящего времени.

Она открыла футляр, и приятели вскрикнули изумленные: то, что они принимали за несколько – самое большее десяток – пластинок, заключало в себе до 3-х тысяч круглых листов. Каждый лист был тоньше папиросной бумаги и при этом отличался удивительной плотностью и крепостью.

– Они приготовлены из особого сплава, в который входит наш универсальный металл «базит», – объяснила Кайя.

2.

Второй этаж служил для жилья. В нем было шестнадцать комнат, каждая с своим особым назначением.

Спальня бывшего домохозяина занимала ¼ всего этажа и отличалась крайней простотой обстановки и полной неуютностью. Посреди громадной комнаты с 10-аршинными стенами стояла миниатюрная кровать без всякого балдахина; около кровати – столик и два стула. Высоко в потолке – искусственное солнце из матового стекла; в стенах – четыре бесшумных вентилятора, постоянно работающих, и вдоль стен, до половины их высоты – декоративно переплетенные и искусно маскированные трубы отопления. И… ни одного окна!