Выбрать главу

Благодаря нечеткой логике и нейронным сетям компьютеры, способные во многом имитировать деятельность человеческого мозга, перестали быть только частью научной фантастики. Решение новых задач стало главной целью новой, быстро развивающейся научной дисциплины — искусственного интеллекта. В течение многих лет считалось, что машина никогда не сможет играть в шахматы на уровне гроссмейстера. Вне зависимости от того, на сколько ходов вперед она способна просчитать игру, ей неизвестны слабые стороны противника, она не способна учесть иные психологические факторы. Машина не смогла бы обыграть человека и в азартные игры: как обучить компьютер игре в покер, если блеф противоречит очевидной выигрышной стратегии? Голоса критиков умолкли, когда в феврале 1996 года суперкомпьютер Deep Blue, ставший результатом работы компании IBM, начатой еще в 1950-е годы, обыграл Гарри Каспарова в первой партии шахматного матча. Затем, несмотря на то что Deep Blue мог оценивать сто миллионов позиций в секунду, из пяти следующих партий, которые игрались медленнее обычного, в четырех победу одержал российский шахматист. Однако годом позже машина была усовершенствована, и Deep Blue удалось одержать победу в трех партиях и еще одну — свести вничью, совершая ходы с той же скоростью, что и профессиональные шахматисты. Чемпион мира был повержен, однако это не помешало Каспарову по-прежнему отстаивать превосходство человека над машиной. Любопытно, что он приводил точно те же доводы, что и его противники, создавшие Deep Blue: «Это синтез, способность сочетать творчество и расчет, искусство и науку в единое целое, большее, чем сумма его частей».

Гарри Каспаров обдумывает очередной ход в партии против суперкомпьютера Deep Blue 10 мая 1997 года.

* * *

ДИАЛОГ ИЗ ФИЛЬМА «Я, РОБОТ»

(РЕЖИССЕР АЛЕКС ПРОЙАС, АВТОР СЦЕНАРИЯ ДЖЕФФ ВИНТАР, ПО ЦИКЛУ ПРОИЗВЕДЕНИЙ АЙЗЕКА АЗИМОВА, 2004)

Главный герой фильма, полицейский по фамилии Спунер, расследует убийство, в совершении которого он подозревает робота Санни.

Спунер: Теперь роботы могут и убивать. Прими поздравления. Отвечай!

Санни: Что это означает? (Мигает одним глазом.) Когда вы вошли и посмотрели на другого человека… Что это значит? (Вновь мигает одним глазом.)

Спунер: Это знак доверия. Это человеческое. Тебе не понять.

Санни: Отец учил меня человеческим эмоциям. Они… сложные.

Спунер: Ты хотел сказать, твой конструктор?

Санни: Да.

Спунер: Так зачем ты его убил?

Санни: Я не убивал доктора Лэннинга.

Спунер: А почему прятался на месте преступления?

Санни: Я боялся.

Спунер: Роботы не испытывают страха. Они вообще лишены чувств. Они не знают голода, им не нужен сон.

Санни: А мне нужен. Мне даже снятся сны.

Спунер: Только люди видят сны. Даже собаки их видят, а ты нет. Ты — просто машина. Имитация жизни. Может ли робот написать симфонию? Или создать шедевр живописи?

Санни: А вы можете?

* * *

Эти успехи привели к тому, что возобновились ожесточенные споры ученых и философов, начатые 50 годами ранее Куртом Геделем и Аланом Тьюрингом. Используя разные методы, Гедель и Тьюринг сформулировали одинаковые определения формальной системы и одинаково трактовали неразрешимые задачи. Однако Гёдель различал формализм и логику, механизм и разум, а Тьюринг считал эти понятия полностью синонимичными. Доведя это сравнение до предела, в 1947 году Тьюринг сформулировал следующий постулат: наилучшей моделью человеческого мозга является универсальная машина, способная имитировать поведение любой программы. Эту универсальную машину сам Тьюринг ввел, чтобы справиться с проблемой разрешения Гильберта. Тьюринг считал, что на вопрос о том, могут ли компьютеры мыслить, можно дать ответ только по итогам эксперимента. В написанной в 1950 году статье «Вычислительные машины и разум», название которой вошло в историю, Тьюринг предложил «игру в имитацию», чтобы ученые посредством ряда вопросов, передаваемых в письменном виде, могли определить, с кем они взаимодействуют — с человеком или компьютером. Суть теста заключалась в том, что если машина во всем ведет себя подобно разумному существу, то простейшее объяснение этому состоит в том, что она действительно является разумной.