(Два игрока в живом разговоре подходят.)
1-й игрок
2-й игрок
Что делать, брат,
Нашла коса на камень, видно,
Я ль не хитрил, – нет, всех как на подряд.
Подумать стыдно…
Казарин (подходит)
Что, господа, иль не под силу? А?
1-й игрок
Казарин
(Волнение у стола между игроками.)
3-й понтер
Да этак он загнет, пожалуй, тысяч на сто.
4-й понтер (в сторону)
5-й понтер
Арбенин (встает)
(Берет золото и отходит, другие остаются у стола; Казарин и Шприх также у стола. Арбенин молча берет за руку князя и отдает ему деньги; Арбенин бледен.)
Князь
Ах, никогда мне это не забыть…
Вы жизнь мою спасли…
Арбенин
(Горько)
А право, трудно разрешить,
Которое из этих двух дороже.
Князь
Большую жертву вы мне сделали.
Арбенин
Ничуть.
Я рад был случаю, чтоб кровь привесть в волненье,
Тревогою опять наполнить ум и грудь;
Я сел играть – как вы пошли бы на сраженье.
Князь
Арбенин
Я… нет!.. Те дни блаженные прошли.
Я вижу всё насквозь… все тонкости их знаю,
И вот зачем я нынче не играю.
Князь
Вы избегаете признательность мою.
Арбенин
По чести вам сказать, ее я не терплю.
Ни в чем и никому я не был в жизнь обязан,
И если я кому платил добром,
То всё не потому, чтоб был к нему привязан;
А – просто – видел пользу в том.
Князь
Арбенин
Кто велит вам верить.
Я к этому привык с давнишних пор.
И если бы не лень, то стал бы лицемерить…
Но кончим этот разговор…
(Помолчав)
Рассеяться б и вам и мне не худо.
Ведь нынче праздники и, верно, маскерад
У Энгельгардта…[120]
Князь
Арбенин
Князь
Арбенин (в сторону)
Князь
Там женщины есть… чудо…
И даже там бывают, говорят…
Арбенин
Пусть говорят, а нам какое дело?
Под маской все чины равны,
У маски ни души, ни званья нет, – есть тело.
И если маскою черты утаены,
То маску с чувств снимают смело.
(Уходят.)
Выход третий
Те же, кроме Арбенина и к<нязя> Звездича
1-й игрок
Забастовал он кстати… с ним беда…
2-й игрок
Хотя б опомниться он дал по крайней мере.
Слуга (входит)
Хозяин
Пойдемте, господа,
Шампанское утешит вас в потере.
(Уходят.)
Шприх (один)
С Арбениным сойтиться я хочу…
И даром ужинать желаю.
(Приставив палец ко лбу)
Отужинаю здесь… кой-что еще узнаю
И в маскерад за ними полечу.
(Уходит и рассуждает сам с собою).
Маскерад
Выход первый
Маски, Арбенин, потом князь Звездич
(Толпа проходит взад и вперед по сцене; налево канапе.)
Арбенин (входит)
Напрасно я ищу повсюду развлеченья,
Пестреет и жужжит толпа передо мной…
Но сердце холодно и спит воображенье:
Они все чужды мне, и я им всем чужой!
(Князь подходит зевая.)
Вот нынешнее поколенье.
И то ль я был в его лета, как погляжу?
Что, князь?.. Не набрели еще на приключенье?
Князь
Как быть, а целый час хожу!
вернуться
Обрежется, или обдернется, т. е. ошибется, поставит не на ту карту, на которую задумал сделать ставку.
вернуться
В. В. Энгельгардт (1785–1837), известный дружбой с Пушкиным (оба члены кружка «Зеленая лампа»; Пушкин посвятил ему в 1819 г. стихотворение «Прости, счастливый сын пиров»), – внук одной из сестер Потемкина, полковник в отставке, «хорошо и всенародно был знаком Петербургу. Расточительный богач, не пренебрегающий весельями жизни, крупный игрок, впрочем, кажется, на веку своем более проигравший, нежели выигравший», он в середине 1830-х годов выстроил в Петербурге, на Невском проспекте, большой дом (ныне № 30), специально приспособленный для публичных концертов, балов, маскарадов, благотворительных вечеров и т. п., – дом, «сбивающийся немножко на парижский Пале-Рояль, со своими публичными увеселениями, кофейнями, ресторанами» (Исторический вестник, 1911, № 5, с. 549–550). Именно в 1835 г., когда Лермонтов работал над своей драмой, публичные маскарады в доме Энгельгардта пользовались необычайно шумным успехом. На «масляной неделе» их посещал А. Н. Вульф, оставивший в своем «Дневнике» живое воспоминание о массе людей, «тесно сжатой» и «оживленной» (цит. по: Л. Н. Майков. Пушкин. М., 1899, с. 214).