Этот вопрос, видимо, лежит в основе приведенного мною рассуждения. Но в такой общей постановке вопрос этот свидетельствует либо о крайней политической неопытности и политической малосознательности вопрошающего, либо о его мошенническом намерении прикрыть посредством софизма оправдание разбоя, грабежа, всякого капиталистического насилия.
В самом деле, отрицательный ответ на этот общий вопрос был бы явной нелепостью. Конечно, сторонник пролетарской революции может заключать компромиссы или соглашения с капиталистами. Все зависит от того, какое соглашение и при каких обстоятельствах заключается. В этом и только в этом можно и должно искать разницы между соглашением, законным с точки зрения пролетарской революции, и соглашением предательским, изменническим (с той же точки зрения).
Чтобы пояснить это, напомню сначала рассуждение основоположников марксизма, а потом приведу самые простые и наглядные примеры.
Маркс и Энгельс недаром считаются основателями научного социализма. Они были беспощадными врагами всякой фразы. Они учили ставить вопросы социализма (и в том числе вопросы социалистической тактики) научно. И в 70-х годах прошлого века, когда Энгельсу пришлось разбирать революционный манифест французских бланкистов, беглецов Коммуны, Энгельс без обиняков сказал им, что их хвастливое заявление «никаких компромиссов» есть пустая фраза{117}. Нельзя зарекаться от компромиссов. Дело в том, чтобы уметь через все компромиссы, которые с необходимостью навязываются иногда в силу обстоятельств даже самой революционной партии даже самого революционного класса, через все компромиссы уметь сохранить, укрепить, закалить, развить революционную тактику и организацию, революционное сознание, решимость, подготовленность рабочего класса и его организованного авангарда, коммунистической партии.
Для того, кто знаком с основами учения Маркса, такой взгляд вытекает неизбежно из всего этого учения. А так как в Англии, в силу ряда исторических причин, марксизм со времени чартизма{118} (который во многих отношениях был подготовкой марксизма, «предпоследним словом» к марксизму) отодвинут на задний план оппортунистическими, полубуржуазными вождями тред-юнионов и кооперативов, то я попытаюсь пояснить правильность изложенного взгляда посредством типичных примеров из области всем знакомых явлений обывательской, политической и экономической жизни.
Начну с примера, который я приводил уже однажды в одной своей речи[15]. Допустим, на автомобиль, в котором вы едете, нападают вооруженные бандиты. Допустим, вы, когда вам приставили револьвер к виску, отдаете бандитам автомобиль, деньги, ваш револьвер, и бандиты пускают в ход этот автомобиль и т. д. для совершения дальнейших грабежей{119}.
Налицо, несомненно, ваш компромисс с разбойниками, ваше соглашение с разбойниками. Неподписанное и молчаливо заключенное соглашение все же остается, несомненно, совершенно определенным и точным соглашением: «я тебе, разбойнику, даю автомобиль, оружие, деньги, ты меня избавляешь от приятного соседства с тобой».
Спрашивается, назовете вы человека, который заключил такое соглашение с разбойниками, участником бандитизма, участником разбойного нападения на третьих лиц, ограбленных бандитами при помощи полученных ими от заключившего это соглашение лица автомобиля, денег и оружия?
Нет, не назовете.
Дело тут совершенно ясное и простое до тривиальности.
И так же ясно, что при других условиях молчаливая передача разбойникам автомобиля, денег и оружия будет признана всяким здравомыслящим человеком за участие в бандитизме.
Вывод ясен: так же нелепо зарекаться от каких бы то ни было соглашений или компромиссов с разбойниками, как и выводить оправдание соучастии в бандитизме из абстрактного положения о том, что, говоря вообще, соглашения с разбойниками иногда допустимы и необходимы.
Возьмем теперь пример политический…[16]
Написано в марте – апреле 1920 г.
Впервые напечатано в 1936 г. в журнале «Большевик» № 2
Печатается по рукописи
Речь на I Всероссийском учредительном съезде горнорабочих{120}
Товарищи! Позвольте, во-первых, передать приветствие от имени Совета Народных Комиссаров первому съезду рабочих горной и угольной промышленности.
Товарищи, значение этого съезда и всей этой отрасли промышленности для Советской республики исключительно важно. Вы, конечно, все знаете, что без угольной промышленности никакая современная промышленность, никакие фабрики и заводы немыслимы. Уголь – это настоящий хлеб промышленности, без этого хлеба промышленность бездействует, без этого хлеба железнодорожный транспорт осужден на самое жалкое положение и никоим образом не может быть восстановлен; без этого хлеба крупная промышленность всех стран распадается, разлагается, поворачивает назад к первобытному варварству, и теперь, даже в странах, гораздо более передовых, чем Россия, гораздо менее потерпевших от войны, чем Россия, даже в странах-победительницах, угольный голод и кризис сказываются самым мучительным образом. Тем более для нас необходимо, чтобы товарищи, которые съехались теперь для создания прочного, сильного, могущественного и сознательного союза горнорабочих, – чтобы они со всей ясностью себе представили, какие громадные задачи вся Советская республика, вся рабоче-крестьянская власть возлагает на этот съезд, возлагает на горнорабочих, ибо теперь, после двухлетней отчаянной борьбы с белогвардейцами и капиталистами, которых поддерживали капиталисты всего мира, теперь, после всех побед, которые одержаны нами, предстоит снова тяжелая борьба, не менее трудная, чем прежняя, хотя и более благодарная, именно борьба на фронте бескровном, на фронте труда.
117
См. Φ. Энгельс. «Программа бланкистских эмигрантов Коммуны» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, 2 изд., т. 18, стр. 510–517).
118
119
В. И. Ленин имеет в виду случай, происшедший с ним 19 января 1919 года, когда он ехал в Сокольники навестить Н. К. Крупскую, отдыхавшую в одной из лесных школ. На машину Ленина напали вооруженные бандиты. Они отобрали у Владимира Ильича бумажник, револьвер и угнали машину. Принятыми мерами ВЧК и уголовного розыска машина была найдена, а преступники арестованы. Подробнее об этом случае см. книгу Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине. Ч. 2, М., 1957, стр. 435–438 и в книге Бонч-Бруевича «Нападение на Ленина» (1931).
120
Делегаты съезда утвердили следующий порядок дня: отчет организационного бюро, задачи союзов, организационный вопрос, тарифный вопрос, положение горной промышленности, положение угольной промышленности, формы участия союзов в организации и управлении промышленностью, выборы. На одном из заседаний съезда с речью выступил В. И. Ленин, который по постановлению съезда был избран почетным председателем. Съезд послал приветственную телеграмму горнорабочим всех стран.