Либерал Сергей Семенович, привозящий книги.
Курьер «Юности» — пенсионерка, подмигивающая со значением и зовущая всех старых сотрудников по именам.
Сергей Семенович появляется грустный, напоминает траурный венок в похоронной процессии. Но он был предвестником, приметой.
«Собственно говоря, сосисок нет», или: «Вообще-то сосисок нет, но, кажется, есть килограмм».
Смерть космонавтов меня очень волнует, такими успехами нашей космонавтики гордиться...
Видел сам, как развалился «Максим Горький», как крыло снесло крышу в Дмитрове.
Видел, как погиб стратостат (сам <ведал> ограждением в Кунцево в двадцать четвертом году). С каким-то дирижаблем <нрзб>. Стратостат погиб во время парада, когда на глазах стал подниматься на установку мирового рекорда высоты. Я тоже был на улице, его ждал.
Наука настолько быстро летела вперед, меняя вехи, школы <нрзб>, что настоящему ученому, в сущности, ничего и знать не нужно, лишь в самом общем плане, не более того, что знали его деды, Ньютон и Эйнштейн, а может быть, и того меньше.
И мой мозг — современный компьютер, раскатает еще до конца, что хранит.
Правдолюбы наших дней, они же осведомители и шантажисты.
Верховный суд США разрешил напечатать документы Пентагона, <нрзб>. А у нас? Документы Колымы до сих пор не могут быть опубликованы, хотя Колыму <нрзб> все осуждают, но не печатают.
Война во Вьетнаме скоро будет закончена, и это будет победа интеллигенции против войны.
Огромный платный пляж в Серебряном Бору и тысячи топчанов, еще заперто, и хорошо видно, что пляж пустой, и все топчаны свободны.
Я приезжаю с перевоза с группой человек двадцать, не больше, на катере-перевозчике. После перевоза и покупки в свободной кассе билетов все устремляются на пляж первыми. Не просто входят, не просто бегут, а бегут вскачь, вбегают в ворота и бегут по пляжу, захватывая, отмечая, выбирая топчаны (тысячи, около тысячи). И только захватив место под грибком (грибков тоже десятки), или поближе к воде по берегу, все свободно оглядываются и неторопливо, уже поняв, что пляж пустой, начинают раздеваться. Рассея.
16 июля. В 9 часов увидел звонок.
Даже Дирак[344], по сообщению Гельфанда, считал главным достоинством математической теории ее изящество, красоту. Искание формы <нрзб>, грации — не последнее по Дираку — первое место.
Достоевский простил Некрасову свою ссору. Тургенев — не простил.
Я из тех классических студентов, которые бунтовали. Это свойство было целиком одобрено старшими родственниками моей первой жены, с опаской принято женой. Традиции семьи удержали ее от разрыва при столкновении с государством.
После 1956 года жена использовала мою фигуру для собственных то малых, то высоких целей, при очевидной неразборчивости в средствах. Это сближение с кругом Пастернака — Ивинской, с кругом «прогрессивного человечества» — «кусать и мстить, мстить и кусать». Путевки, дачи — у всех кружилась голова. Новый разрыв. Советы, хуже худших смыслов в течение жизни.
«Перчатка» может открывать сборник — это правильно заметила И. В этом рассказе есть действительно черты вступления.
Сон: огромный маскарад, как цветной кинофильм. Все оказывается маскарадом. Лезу в метро.
Не быть птицей — не пугаться чучел.
Критик упоминает не тот глагол, когда говорит: «я о вас писал», т. е. упомянул в статье. Правильней было бы сказать: «я вас читал».
Прожитому дню должен быть найден литературный эквивалент, тогда можно жить дальше.
Журнал должен печатать стихи, а не слухи.
Объяснение шероховатостей может быть гораздо проще — возрастом, возрастной дискриминацией. Но для творчества не суть возраст — я пишу с трех лет.
А потом за возрастной анкетой <нрзб> — чутье бывшего з/к <нрзб>.
Даже в науке простота и красота — разные вещи.
Инъекция Нобелевской премией и правоверная поддержка не воскресит реализма — мертвеца.
Чехов был великим новатором, изменившим литературу своего времени, в то время как писатель вроде Толстого разрушал литературные традиции и наивно пытался изменить самое время, жизнь — извечная болезнь русской литературы. Литература есть до Чехова и после Чехова. Разрушая каноны Толстого, шел своим путем, не оглядываясь на прошлое. Бунин — лишь тень Чехова. Реалистом Чехова назвать никак нельзя, импрессионист, символист, особая <трагичность>.
344
Дирак Поль Андриен Морис (1902–1984) — английский физик, один из создателей квантовой механики.