– [Да] Как же, как же, – торопливо заговорил Обломов, – [всё исполнил] всё как следует…
– Что, акционеры наши по-прежнему собираются по вторникам?…
– Да… вероятно, – сказал Обломов.
– А когда раздавали дивиденд?
– [Да] Разве… раздавали его? – спросил Обломов.
– Он меня спрашивает? ведь [в газетах] об этом объявляют в газетах? Где газеты у тебя?
– Захар, Захар! – закричал Обломов, – подай газеты…
[ – Вот газеты.]
Захар снял газету с этажерки и хлопнул по ней пальцем: пыль облаком поднялась с листка и почти вся села
– Да это третьегодняшняя: это еще я подписывался; а где же новые? – спросил Почаев, взглянув на Обломова.
– Где новые-то [спросил]? дай новые, – сказал Илья Ильич Захару.
– Какие новые? Окромя вот этой нет больше.
– Ты и не подписывался? Как же это без газет жить?
186
– Из ума вон! – сказал Обломов,
– Помилуй, да ты как забыл? – сказал Почаев, – а я еще просил следить. Ну, по крайней мере, отослал письмо в Москву, что я прислал из-за границы?
– Письмо! какое же это письмо? ты относил ведь, кажется, какое-то письмо, – спросил Илья Ил‹ьич› у Захара.
– Что-то не помню, должно быть, не относил… – [сказал] отвечал Захар. [ – Мы ведь] [вы]
– Ты забыл: я помню, что я давал тебе какое-то письмо-то. Вот как теперь помню, большое такое…‹л. 55 об.› Ну, помнишь?
– Нет, что-то не помню! – говорил Захар. – Вы тут писем никаких не посылали: хотели к [старосте] в деревню писать, да никак и не написали…
– А вот же и написал…
– Нет, не писали…
– Ну как не писал? еще об деньгах писали.
– Нет, нету… – говорил Захар.
– Ну, пошел вон: ты всё врешь.
– А из гражданской палаты был запрос? – [спросил] начал опять Почаев.
– Какой запрос? – с испугом сказал Обломов, – никакого запроса не было.
– Не может быть, чтоб не было,
187
Обломов глядел во все глаза на [Шт‹ольца›] Почаева, стараясь припомнить, наконец глаза его получили
– Ах, Боже мой,
– Ну что же ты? – спросил Почаев.
– Что, бишь, я?.. дай вспомнить…
– Как ничего? ты что сказал?
– Сказал… что… я сказал, дай Бог памяти?
– Ну как же можно [это] делать так: разве дела эдак делаются!
– Как же мне было… ведь я не…
– Как не мог? А я тебе дал доверенность отвечать за себя.
[ – А! ты] [Так ты доверенность дал.]
Почаев опять озадачил Обломова.
– Доверенность! – глубокомысленно повторил Илья Ильич.
– [Да] [Тебе] Ты должен был [выслушать] сделать отзыв на запрос…
– Ах, брат Андрей, ведь я не умею писать казенных бумаг, [ведь ты] [я бумаг] как же бы я… ты знал это: зачем же ты давал доверенность?