– Ольга! эта девочка! – говорил Штольц, любуясь ею,
8 – вы переросли меня, и мне остается склонить перед вами голову.
– Нет, нет, – живо заметила она, – помните мои последние слова Обломову: ум бьется и ищет вопроса, рука ищет другой.
9 Не надевайте же на себя маску ложного смирения. Мы долго не понимали друг друга, теперь поняли. И если вы мне скажете когда-нибудь: «мы равны» – я буду горда и счастлива…
13 Прямо с террасы Ольга сходила в цветник, из цветника шла
14 в аллею из акаций и там в беседке ждала своего Карла, если он уезжал из дома по делам. Штольц всегда смотрел на женитьбу как на гроб – не любви, этот пошлый приговор пошлых мужей, с пошлыми, отжившими сердцами, мужей, презирающих будто бы любовь, потому что чаша эта пронеслась мимо их,