Но революция сделала слишком большие успехи. Виндишгрец считает себя единственным человеком, способным поставить ей преграду. Чехов расстреливают как собак и выжидают только благоприятного момента, чтобы выступить против Вены. Почему Виндишгрец освободил Лео Туна, того самого Лео Туна, который встал во главе пражского временного правительства, который проповедовал даже отпадение Богемии?
Почему, спрашиваем мы, он был освобожден из рук чехов, как не потому, что все его действия были маневром, затеянным по сговору с аристократией для того, чтобы спровоцировать восстание?
Третьего дня из Праги отправился поезд. С этим поездом уезжали немецкие беженцы-студенты, венские национальные гвардейцы и некоторые семьи, бежавшие из Праги, которые, очевидно, чувствовали себя там не очень-то хорошо, несмотря на восстановленное спокойствие. На первой же станции после Праги расположенный там военный пикет потребовал, чтобы все пассажиры без исключения сдали оружие; получив отказ, солдаты открыли огонь по вагонам, стреляя в беззащитных мужчин, женщин и детей. Шесть трупов было вынесено из вагонов; пассажиры стирали со своих лиц кровь убитых. Так поступила с немцами та солдатня, которую здесь пытаются изобразить как ангела-хранителя немецкой свободы».
Написано Ф. Энгельсом 24 июня 1848 г.
Печатается по тексту газеты
Напечатано в «Neue Rheinische Zeitung» № 25, 25 июня 1848 г.
Перевод с немецкого
На русском языке впервые опубликовано в журнале «Вопросы истории» № 11, 1955 г.
ВЕСТИ ИЗ ПАРИЖА
Кёльн, 24 июня, 10 часов вечера. Почта из Парижа от 23-го не получена. Курьер, которому удалось добраться сюда, рассказывает, что во время его отъезда из Парижа там началось сражение между народом и национальной гвардией и что на некотором расстоянии от города он слышал сильную канонаду.
Написано 24 июня 1848 г.
Печатается по тексту газеты
Напечатано в экстренном приложении к «Nеие Rheinische Zeitung» № 25, 25 июня
Перевод с немецкого 1848 г.
На русском языке публикуется впервые
ВЕСТИ ИЗ ПАРИЖА
Кёльн, 25 июня, 10 часов вечера. Почта из Парижа снова не получена; прибывшие сегодня парижские газеты датированы 23-м; при регулярной работе почты они должны были быть здесь уже вчера вечером. Единственные источники, которыми мы располагаем при этих обстоятельствах, — это сбивчивые и противоречивые сообщения бельгийских газет, а также наше собственное знание Парижа. Основываясь на этом, мы попытались нарисовать нашим читателям возможно более верную картину восстания 23 июня.
Для дальнейших комментариев у нас нет времени. Наше подробное суждение о событиях, а также более полный отчет о заседании парижского Собрания от 23-го мы сообщим завтра.
Написано 25 июня 1848 г.
Печатается по тексту газеты
Напечатано в экстренном приложении к «Neue Rheinische Zeitung» № 26, 26 июня 1848 г.
Перевод с немецкого
На русском языке публикуется впервые
ПОДРОБНОСТИ СОБЫТИЙ 23 ИЮНЯ
Восстание носит характер настоящего рабочего восстания. Гнев рабочих обрушился на правительство и Собрание, которые обманули их надежды, ежедневно принимали все новые меры в интересах буржуазии против рабочих, распустили рабочую комиссию в Люксембургском дворце, ограничили деятельность национальных мастерских, издали закон о запрещении сборищ[79]. Все подробности событий говорят об определенно пролетарском характере восстания.
Бульвары, эта главная жизненная артерия Парижа, первые стали ареной скопления масс. От ворот Сен-Дени вниз до улицы Вьей дю Тампль все было запружено толпой. Рабочие из национальных мастерских заявили, что они не поедут в Солонь, в тамошние национальные мастерские; другие рассказывали, что они вчера отправились туда, однако задержались уже у заставы Фонтенбло, где тщетно ожидали выдачи проездных свидетельств и приказа о выезде, обещанных им накануне вечером.
Около 10 часов раздался призыв строить баррикады. Восточный и юго-восточный районы Парижа, начиная от квартала и предместья Пуассоньер, были быстро забаррикадированы, но, по-видимому, это было сделано еще довольно беспорядочно и без общего плана. Улицы Сен Дени, Сен-Мартен, Рамбюто, Фобур-Пуассоньер и на левом берегу Сены подступы к предместьям Сен-Жак и Сен-Марсо — улицы Сен-Жак, Лагарп, Ла-Юшетт и прилегающие мосты — были в большей или меньшей степени укреплены. На баррикадах были водружены знамена с надписью «Хлеб или смерть!» или «Работа или смерть!».
79
79 Речь идет о Правительственной комиссии по рабочему вопросу, заседавшей в Люксембургском дворце под председательством Луи Блана; была создана временным правительством 28 февраля 1848 г. под давлением рабочих, требовавших создания министерства труда. Практическая деятельность этой так называемой Люксембургской комиссии, состоявшей из представителей рабочих и предпринимателей, свелась к посредничеству в трудовых конфликтах, зачастую к выгоде хозяев, чему способствовала соглашательская тактика Луи Блана. После выступления народных масс 15 мая 1848 г., в котором главную роль играли парижские рабочие, правительство 16 мая 1848 г. ликвидировало Люксембургскую комиссию.
Национальные мастерские были созданы сразу после февральской революции 1848 г. декретом французского временного правительства. При этом преследовалась цель дискредитировать среди рабочих луиблановские идеи об организации труда и, с другой стороны, использовать организованных по-военному рабочих национальных мастерских в борьбе против революционного пролетариата. Так как провокационный план раскола рабочего класса не удался в занятые в национальных мастерских рабочие все более проникались революционными настроениями, буржуазное правительство предприняло ряд мер, направленных к ликвидации национальных мастерских (сокращение числа рабочих, направление их на общественные работы в провинцию и т. д.). Это вызвало сильное возмущение парижского пролетариата и явилось одним из поводов к началу июньского восстания в Париже. После подавления восстания правительство Кавеньяка приняло 3 июля 1848 г. декрет о роспуске национальных мастерских.
Закон о запрещении сборищ был принят 7 июня 1848 г. французским Учредительным собранием под влиянием страха перед нарастающим недовольством французского пролетариата; запрещались всякие собрания и митинги под открытым небом под угрозой тюремного заключения на срок до 10 лет. — 117.