С другой стороны, Митрополит Филарет, после назначения отца Игнатия настоятелем Сергиевой пустыни, спрашивал его, не знает ли он кого-нибудь вместо себя для настоятельства в Угрешском монастыре. И архимандрит Игнатий рассказал Митрополиту об отце Иларии. Совет оказался удачным: отец Иларий понравился Митрополиту Филарету и, несмотря на некоторые свои особенности и постоянное желание отказаться от должности, приняв монастырь 15 марта 1834 г., настоятельствовал в нем 18 лет.
Монастырь ему достался не в лучшем состоянии. Посетивший его в октябре 1837 г. Митрополит Филарет сказал: «Во всей епархии нет у меня беднее и хуже ваших церквей». О своих трудностях по восстановлению монастыря и переживаниях отец Иларий подробно сообщал архимандриту Игнатию в живописных письмах. Архимандрит и сам переживал в это время не меньшие трудности по воссозданию Сергиевой Пустыни, но ему хотелось узнать и о монастыре, который предназначался ему Митрополитом Филаретом. И отец Иларий очень подробно описал его в письме от 15 ноября 1836 г. Также, доверяя вкусу отца Илария, архимандрит Игнатий поручал ему иногда приобретение церковной утвари и икон у московских мастеров, которых ценил, по-видимому, больше петербургских.
Снова встретились они через 18 лет, когда архимандрит Игнатий посетил Угрешу по пути в Николо-Бабаевский монастырь. Монастырь ему очень понравился: «Мил, уединен — монастырь Угрешский», — писал он. Понравилась и тамошняя братия: «В четверток был в Угрешской обители, которая, несмотря на близость свою к Москве, посещается Богомольцами мало и потому очень уединенна. С душевным утешением увидел я там некоторых монашествующих, провождающих жизнь внимательную, в страхе Божием. Они очень хранятся от монашествующих города Москвы, не презирая их, но избегая расстройства душевного, которого никто так скоро сообщить не может, как брат, живущий нерадиво. <…>
{стр. 665}
В пятницу был я в Кремле для поклонения святыням. О. игумен Угрешский был моим путеводителем» [2107].
Петр Дмитриевич Мясников прибыл в Николо-Угрешский монастырь вместе с отцом Иларием. В своих «Воспоминаниях» он пишет: «Келейническое послушание при отце Иларии я исправлял в продолжение пяти с половиной лет; келлии особой у меня не было, и я жил в передней за ширмами, которыми отгораживался угол и окно. За недостатком людей я имел несколько послушаний: я был 1) келейником настоятеля, 2) трапезным, 3) погребничим, а за неимением — келарем и 4) свечником.
Марта 26 1838 года в Лазареву Субботу я принял пострижение и из Петра переименован в Пимена. Осенью меня сменили в должности келейника, а меня перевели в одну из братских келлий. <…> 23 февраля 1839 года рукоположили в иеродиакона. В марте вступил в исправление казначейской должности, в 1840 году — в Иеромонаха».
В должности казначея, в которой отец Пимен был утвержден в 1844 г., и застал его архимандрит Игнатий при своем посещении Угреши. Отец Пимен произвел на архимандрита самое благоприятное впечатление. В случае увольнения отца Илария на покой, — писал он, — «я согласился с Пименом и другим иеромонахом, которые совершенно образовались по моим грешным советам и настоящие Сергиевские» [2108], об их переходе в Сергиеву пустыню.
Отец Пимен, бывший свидетелем всех событий во время пребывания архимандрита Игнатия в Москве, писал позже: «Митрополит Филарет обошелся с ним отменно приветливо, сделал ему самый почетный и радушный прием, неоднократно принимал его у себя и посещал в доме И. А. Мальцева, где он останавливался, и, пригласив его к себе на обед, собрал высшее московское духовенство, чтоб его с ним познакомить».
Свидание с отцом Игнатием пробудило у отца Пимена юношеские воспоминания, и он отпросился у настоятеля, чтобы побывать на родине в Вологде. Он отправился в 1848 г. на третьей седмице Великого поста и по пути заехал навестить в Николо-Бабаевском монастыре архимандрита Игнатия, у которого пробыл двое суток.