Таковы планы наших высоких правителей; такова надежная пристань, куда наш благородный Гогенцоллерн направляет свой корабль. Отсюда все учащающиеся октроирования и государственные перевороты; отсюда повторные пинки трусливому Франкфуртскому собранию; отсюда осадные положения, аресты и преследования; отсюда вторжение прусской солдатни в Дрезден и Южную Германию.
Но существует еще сила, с которой, правда, мало считаются господа из Сан-Суси[337], но которая все же скажет свое слово, подобное удару грома. Это — народ, народ, который в Париже и на Рейне, в Силезии и в Австрии ждет, еле сдерживая гнев, момента восстания, и кто знает, быть может, скоро он воздаст всем Гогенцоллернам, всем великим и малым князьям — по их заслугам.
Написано К. Марксом 9 мая 1849 г.
Печатается по тексту газеты
Напечатано в «Neue Rheinische Zeitung» № 294, 10 мая 1849 г.
Перевод с немецкого
НАСТУПЛЕНИЕ КОНТРРЕВОЛЮЦИИ И РАЗВИТИЕ РЕВОЛЮЦИИ
Кёльн, 9 мая. Контрреволюция надвигается быстрыми шагами, но революция развивается еще быстрее.
Если контрреволюция достигла в Дрездене успехов[338], которые дают основание предвидеть ее победу, если в Бреславле она при помощи удачно спровоцированного путча добилась осадного положения, цензуры и военных судов, то революция может гордиться совершенно другими победами.
Мы не будем говорить о быстро растущем открытом мятеже ландвера в Рейнской Пруссии, охватившем как раз самые черно-белые округа; мы не будем говорить и о южногерманском движении, которое повсюду предают правительства, буржуазия и само Франкфуртское собрание[339]. Мы будем говорить лишь о тех крупных событиях, которые, врываясь извне, могут внести единство, создать прочную опору мелким, разобщенным, преданным и проданным движениям в Германии: о венгерской и французской революциях.
В то время как венгерская революция одерживает одну победу за другой и после ближайшего решительного боя (который должен был произойти 5-го или 6-го у Пресбурга {Словацкое название: Братислава. Ред.}) двинется непосредственно на Вену и освободит ее, — Франция вдруг снова вступает в открытое движение, развивающееся у всех на глазах. Скрытому от глаз развитию последних месяцев наступает конец. Поражение французской армии под Римом[340] разоблачает и компрометирует все стоявшие до сих пор у власти правительства. Снова на сцене появляется народ, этот последний, верховный судья. И произойдет ли это на выборах или в открытой революции, но французский народ в скором времени даст движению толчок, который почувствует вся Европа.
Европейские монархи скоро увидят, что избранный народ революции остался таким же, каким был, — французская революция 1849 года будет разговаривать с ними не ламартиновскими фразами, а языком пушек.
Напечатано в экстренном приложении к «Neue Rheinische Zeitung» № 294, 10 мая 1849 г.
Печатается по тексту газеты
Перевод с немецкого
НОВАЯ ПРУССКАЯ КОНСТИТУЦИЯ
Кёльн, 12 мая. Потсдамский член троицы[341], царствующий милостью божьей и осадного положения, в ноябре прошлого года, после разгона народных представителей, октроировал конституцию; эта конституция подлежала пересмотру со стороны палат, которые должны были собраться в скором времени. Как известно, новых народных представителей постигла та же участь, что и старых; первые были разогнаны штыками Врангеля, а для вторых простая записочка Мантёйфеля о роспуске[342] послужила приказом разойтись по домам. Тем самым было также покончено и с пересмотром конституции.
Так христианско-германский отец своих подданных и его клика, вся эта свора родовитых и безродных, увешанных и неувешанных орденами прихлебателей, тунеядцев и вампиров, высасывающих кровь из народа, — все они получили свободное поле действия и могут распоряжаться по своему усмотрению.
338
8 мая 1849 г. в Дрездене было почти полностью подавлено вспыхнувшее 3 мая восстание, которое положило начало борьбе в защиту имперской конституции.
339
В начале мая 1849 г. в Рейнской провинции, баварском Пфальце и в Бадене начались восстания в защиту имперской конституции, принятой франкфуртским Национальным собранием 27 марта 1849 г., но отвергнутой рядом немецких государств во главе с Пруссией. Народные массы видели в имперской конституции единственное еще не уничтоженное завоевание революции. Но восстания, во главе которых стояли главным образом лидеры мелкобуржуазной демократии, носили разобщенный, стихийный характер и были жестоко подавлены к середине июля 1849 года. О характере и ходе этих восстаний, в которых Энгельс принимал личное участие, см. его работу «Германская кампания за имперскую конституцию» (настоящее издание, т. 7).
340
В апреле 1849 г. французское буржуазное правительство направило в Италию экспедиционный корпус с целью интервенции против Римской республики и реставрации светской власти папы. 30 апреля 1849 г. французские войска были отброшены от Рима.
341
Маркс имеет в виду тесную связь трех реакционных монархов — прусского короля, русского царя и австрийского императора.
342
Большинство прусского Национального собрания, продолжавшее заседать в Берлине вопреки приказу короля о переводе Собрания в Бранденбург, было разогнано войсками генерала Врангеля 15 ноября 1848 года.
Вторая палата была распущена 27 апреля 1849 г. на основании докладной записки правительства Бранденбурга — Мантёйфеля, санкционированной королем.