<На обороте листа с письмом надпись:> О. С.
Олечка, так хочется тебя видеть, так я соскучился, что не могу даже сосредоточиться, чтобы рассказать тебе хоть самое важное, самое нужное. Солженицын еще не приезжал, Варпаховский[74] также о себе не дает знать.
Послал письма к знакомым о справках для стажа. Рындича[75] нашел и видел.
Ремонт вступает в самую грозную фазу — штукатурку.
Но, слава богу, эта работа (она продлится неделю) уже началась. Я бы приехал (пока Сережа будет здесь), но ведь холод такой страшенный. Уж когда потеплеет.
Крепко тебя целую.
Приписка: Очень скучаю по тебе. Великолепная твоя книжка[76] имеет большой читательский успех — в магазине <№> 100 ее уже нет в продаже. Никто — ни из поэтов, ни из прозаиков не дает о себе знать. Целую. В.
(без даты)
<На обороте листа надпись:> О. С. Неклюдовой
Оля, милая, пусть Серёжа поправляется скорей, приезжай.
Ремонт еще идет, и я, к сожалению, ошибся в подсчете кусков обоев, и мою комнату пришлось оклеивать казенными.
Идет вроде ничего дело, но до конца еще далеко, не меньше недели-двух (без линолеума).
Поля мне очень понравилась, вот пусть она и приезжает на той неделе — постараемся ее известить, если в понедельник кто-нибудь будет (Серёжа или ты).
Крепко целую.
Никаких новостей нет, простыня моя не нашлась.
В.
<записка>
6 IV <19>64
Дорогая Оля.
Что ты совсем забыла меня. Хоть бы строчку прислала с Серёжей.
Очень огорчен твоей болезнью.
Может быть, лучше переехать в Москву и в тепле вылечиться.
В.
Москва, 8 апреля 1964 г.
Дорогая Оля.
Варпаховский был, приехал поездом (?! Говорит, что ты ему так посоветовала добираться). Меня он помнит лучше даже, чем я его. Помнит даже место в Магадане, где я сидел во время этапа. Помнит и разговор через два года в комнате старика-художника — словом, все помнит отлично. Взял он ту книжку рассказов, которая лежит в «Советском писателе»[77], обещал через месяц дать ответ.
Я предупредил его, что вряд ли что пойдет так для театра.
Проводил его до метро.
Жизнь моя здесь — как всегда: масштабные удачи перемежаются с небольшими неудачами и т. д.
Получил письмо из Ташкента от Солженицына — отклик на книжку мою и мнение его по поводу «Шелеста листьев». Совашкевич[78] приехал из Вологды (пишет) и говорит, что 10 экземпляров «Шелеста» продали за 1 час. Но что за заказ — 10 экз. для магазина на моей родине? Магазин № 100 на Тверской торговал «Шелестом» до обеда в день продажи. От Льва [выделено Шаламовым. — Сост.] Озерова получил письмо с комментарием по поводу моего «искусного пера». Вот и все книжные новости.
Я никак не могу попасть в «Советский писатель», хотя Серёжа мне предложил несколько раз посидеть дома с Мухой. Котенок (один из трех) умер — опять завалился ночью к той самой проклятой ледяной стене, и на том же самом месте, что и прошлогодний, — застыл. Я уж положил подушки к стене сегодня. Но о холодной стене думал вчера — и отложил — до завтра, так всегда и бывает.
Плотники наши люди очень хорошие, вежливые такие, тихие, и очень хорошие мастера.
Крепко тебя целую, очень горько, что пришлось тебе там жить и болеть в такую сырую холодную погоду. Почтальоншу я видел, деньги выдать она обещала, насчет антресоли Серёжа ошибся, освобождена именно та, которую мы хотели и о которой шла речь.
Будь здорова.
Крепко целую.
В.
<записка>
Олечка, крепко тебя целую, желаю здоровья, покоя.
В. 17.VI.<19>64
<адрес на конверте:> Одесса, Б. Фонтан, Ул. Амундсена, д. 73. Дом творчества писателей.
Неклюдовой Ольге Сергеевне. 23 сентября 1965 г.
Дорогая, милая Олечка.
Сколько бы неладов и размолвок между нами не было — ты должна помнить, что ни к кому на свете не относился я с такой сердечностью и теплотой, как к тебе. И не могу ничего забыть. В размолвках наших есть и твоя, и моя вина. Не сердись на меня, приезжай с миром и будем склеивать нашу жизнь.
С любовью, В.
Переписка с Г. А. Воронской
Москва, 18 октября 1957 г.
Дорогая Галина Александровна!
Мой адрес изменился — теперь надо писать так: Москва, Хорошовское шоссе, д. 10, кв. 3. Переехали мы три дня назад. Здесь две комнаты соединенные. Прошу писать.
74
Варпаховский Леонид Викторович (1908–1976) — театральный режиссер, в 1940 г. был репрессирован и находился на Колыме, где встречался с Шаламовым. Упоминается в рассказах «Город на горе», «Курсы», «Иван Фёдорович».
75
Возможно, речь идет об историке А. Ф. Рындиче, сокамернике Шаламова в Бутырской тюрьме в 1937 г. А. Ф. Рындич упоминается в рассказе «Лучшая похвала», эссе «Поэт изнутри».
76
Очевидно, имеется в виду книга О. С. Неклюдовой «Мой родной дом. Повесть в четырех страницах» (М.: Советский писатель, 1961).
77
Речь идет о машинописи первого сборника «Колымских рассказов», представленного Шаламовым в 1963 г. в издательство «Советский писатель».