С тех пор фабриканты фактически обеспечили себе господствующее положение, добившись через парламент проведения фритредерских принципов в области хлебной торговли и мореплавания. Интересы землевладельцев и судоходных компаний были принесены в жертву' восходящей звезде фабрикантов. И чем сильнее становились фабриканты, тем больше тяготили их оковы билля о десятичасовом рабочем дне. Они стали открыто нарушать его: они восстановили систему смен, они заставили министра внутренних дел издать циркуляры, предписывающие фабричным инспекторам игнорировать это нарушение закона; и, наконец, когда ввиду возрастающего спроса на их товары замечания некоторых докучливых инспекторов стали для них нестерпимы, они перенесли вопрос в Суд казначейства, который одним-единственным приговором целиком аннулировал билль о десятичасовом рабочем дне[151].
Так плоды сорокалетней агитации были уничтожены в один день благодаря растущей силе фабрикантов, которым для этого достаточно было кратковременного «процветания» и «повышения спроса»; а английские судьи доказали, что они в такой же мере, как священники, адвокаты, государственные деятели и политико-экономы лишь платные слуги господствующего класса, будь то класс земельных лордов, или финансовых лордов, или фабричных лордов.
Значит ли это, что мы против билля о десятичасовом рабочем дне, что мы за сохранение этой отвратительной системы наживания денег на костях и крови женщин и детей? Нет, конечно. Мы не только ничуть не против, но мы думаем даже, что в первый же день после взятия им политической власти рабочему классу предстоит принять для охраны женского и детского труда еще гораздо более решительные меры, чем билль о десятичасовом или даже о восьмичасовом рабочем дне. Но мы утверждаем, что билль в том виде, в каком он был проведен в 1847 г., был проведен не рабочими, а их временными союзниками — реакционными классами общества — и что, поскольку за ним не последовали никакие дальнейшие шаги по коренной ломке отношений между капиталом и трудом, он явился несвоевременной, несостоятельной и даже реакционной мерой.
Но пусть билль о десятичасовом рабочем дне больше не существует, рабочий класс все же останется в выигрыше в этом деле. Рабочих не должно смутить кратковременное ликование фабрикантов, в конечном счете ликовать будут рабочие, а фабриканты будут плакать. И вот почему.
Во-первых. Время и усилия, тратившиеся столько лет на агитацию за билль о десятичасовом рабочем дне, не пропали даром, хотя их непосредственные результаты сведены на нет. Участие в этой агитации дало рабочим могущественное средство для ознакомления друг с другом, для уразумения своего положения в обществе и своих интересов, для собственной организации и для осознания своей силы. Рабочий, прошедший через эту агитацию, уже не тот, каким он был до того; и весь рабочий класс в целом, пройдя через нее, сделался в сто раз более сильным, более просвещенным и лучше — организованным, чем он был раньше. Он был скоплением одиночек, не знавших Друг друга, не связанных никакими общими узами; теперь он стал могущественным и сознающим свою силу единым целым [body], которое уже признано как «четвертое сословие», и скоро станет первым.
Во-вторых. Рабочий класс убедился на опыте, что никакое прочное улучшение его положения не может быть добыто для него другими, но что он сам должен добыть его, прежде всего посредством завоевания политической власти. Рабочие должны теперь понять, что им никогда не будет обеспечено улучшение их социального положения, пока они не добьются всеобщего избирательного права, которое даст им возможность провести рабочее большинство в палату общин. С этой точки зрения прекращение действия билля о десятичасовом рабочем дне принесет огромную пользу демократическому движению.
151
Суд казначейства в феврале 1850 г. вынес оправдательный приговор фабрикантам, обвинявшимся в нарушении билля о десятичасовом рабочем дне. Это решение, фактически означавшее отмену билля, вызвало сопротивление со стороны рабочих, в связи с чем 5 августа 1850 г. парламент издал новый акт, установивший рабочий день для женщин и подростков в 101/2 часов и определивший начало и конец рабочего дня.