К утешению буржуа нужно, впрочем, прибавить, что потасовка между Бонапартом и партией порядка повлекла за собой разорение на бирже множества мелких капиталистов и переход их капиталов в карманы крупных биржевых волков.
Ф. ЭНГЕЛЬС
ГЕРМАНСКАЯ КАМПАНИЯ ЗА ИМПЕРСКУЮ КОНСТИТУЦИЮ[66]
Написано Ф. Энгельсом в конце августа 1849— феврале 1850 г.
Напечатано в журнале «Neue Rheinische Zeitung. Politisch-okonomische Revue» №№ 1, 2 и 3, 1850 г.
Печатается по тексту журнала
Перевод с немецкого
Подпись: Фридрих Энгельс
В этом припеве, которым южногерманское «народное ополчение» оглашало все дороги и все трактиры от Пфальца до швейцарской границы и который распевали на известный мотив «Окруженный морем»[68], напоминающий не то хорал, не то звуки шарманки, — в этом припеве схвачен весь характер «грандиозного восстания за имперскую конституцию»[69]. Здесь обрисованы в двух строках его великие люди с их конечными целями, хваленой твердостью убеждений, благородной ненавистью к «тиранам» и одновременно все их понимание общественных и политических отношений.
Среди всех движений и конвульсий, вызванных в Германии февральской революцией и ее дальнейшим развитием, кампания за имперскую конституцию выделяется своим классически-немецким характером. Ее повод, ее возникновение, ее направление, весь ее ход были истинно-немецкими. Как июньские дни 1848 г. показывают степень общественного и политического развития Франции, так кампания за имперскую конституцию показывает степень общественного и политического развития Германии и, в частности, Южной Германии.
Душу всего движения составлял класс мелкой буржуазии, по преимуществу так называемое сословие бюргеров, а этот класс как раз и преобладает в Германии, в особенности на юге. Именно мелкая буржуазия, участвуя в «мартовских союзах»[70], в демократически-конституционных союзах, в патриотических союзах, в многочисленных так называемых демократических союзах и почти во всей демократической прессе, приносила имперской конституции столь же бесконечные, сколь и безобидные «клятвы на Грютли»[71] и вела против «непокорных» государей борьбу, единственным и непосредственным результатом которой являлось, правда, лишь собственное возвышающее душу сознание исполненного гражданского долга. Именно мелкая буржуазия, представленная решительной и так называемой крайней левой Франкфуртского собрания и, следовательно, в особенности Штутгартским парламентом и «имперским регентством»[72], официально возглавляла все движение; наконец, мелкая буржуазия господствовала в местных комитетах отдельных земель, комитетах безопасности, временных правительствах и учредительных собраниях, которые в Саксонии, на Рейне и в Южной Германии стяжали себе большую или меньшую славу в деле защиты имперской конституции.
Мелкая буржуазия, если бы это зависело от нее, вряд ли покинула правовую почву законной, мирной и добродетельной борьбы и вряд ли прибегла, вместо так называемого духовного оружия, к мушкетам и булыжникам. Как показывает нам история всех политических движений, начиная с 1830 г., в Германии, так же как и во Франции и в Англии, этот класс всегда хвастлив, склонен к высокопарным фразам и подчас даже занимает на словах самые крайние позиции, пока не видит никакой опасности; он боязлив, осторожен и уклончив, как только приближается малейшая опасность, он ошеломлен, озабочен, полон колебаний, как только вызванное им движение подхватывается и принимается всерьез другими классами; ради сохранения своего мелкобуржуазного бытия он готов предать все движение, как только дело доходит до борьбы с оружием в руках, — и, наконец, в результате его нерешительности, его всегда особенно охотно надувают и третируют, как только побеждает реакционная партия.
66
67
Припев из песни, широко распространенной в Южной Германии в период революции 1848–1849 годов.
68
69
Имперская конституция была принята Франкфуртским собранием 28 марта 1849 года. Она отражала сложившийся к тому времени в Собрании компромисс между демократической партией и буржуазно-либеральным центром и отличалась противоречивым характером. Устанавливая демократические свободы, она в то же время вручала исполнительную власть имперскому правительству, возглавляемому императором. Феодальные повинности и платежи, связанные с землей, не отменялись, а подлежали выкупу. Эта конституция означала шаг к объединению Германий; однако основной ее недостаток заключался в том, подчеркивал Энгельс, что она была всего лишь клочком бумаги, не имея за собой никакой силы для проведения в жизнь своих положений. Правительства почти всех крупных германских государств (Пруссия, Саксония, Бавария, Ганновер и др.) отказались признать конституцию; единственными ее защитниками оказались народные массы, начавшие вооруженную борьбу в Рейнской провинции, Дрездене, Бадене и Пфальце под руководством мелкобуржуазных демократов.
70
71
72