— Помедленнее... Постойте-ка. У меня что, в глазах рябит?
Наблюдатель видел, как статую богини охватило пламя, и несокрушимый камень начал плавиться, словно мягкий воск. Нетронутые снарядом черты лица расплылись, превращаясь в чистое полотно без носа и глаз. Казалось, будто голова огромной женщины стала в два раза больше!
Для принцессы Ваньфей не было проклятия ужаснее, чем лишиться своего облика.
В конце концов, каменная статуя «отрастила» себе новое лицо. Но в отличие от изысканной работы предыдущего «мастера», в этот раз все выглядело намного проще. Однако черты ее все равно были правильными, и от них словно исходил слабый божественный свет.
Именно так тысячи лет назад древние предки представляли себе великую Чжу-Цюэ.
Статуя распахнула глаза и равнодушно воззрилась на бьющуюся в огне птицу.
— Нет... это невозможно...! — обезумев, закричала Ваньфэй. — Этого не может быть! Ты мертв! В мире больше не осталось твоих статуй! Дань Ли! Дощечку с твоим именем уничтожил демон небес...
Но статуя неотрывно смотрела на нее, и принцессе начинало казаться, будто она видит перед собой дух давно почившего императорского наставника.
— А ведь ты сделала все, чтобы сила твоего жертвоприношения дотла сожгла новое божество Наньмина, — сквозь всепоглощающий рев огня произнес Дань Ли.
— Ты…
— Статуя Чжу-Цюэ, которой поклонялись предки, предназначалась для подношений богам, для просьб о защите, здоровье и мире. А ты украла ее и хитростью присвоила их мольбы, все эти годы поддерживавшие в тебе жизнь. Твои желания сбылись: останки птенца исчезли, а статуи уничтожил демон небес. В мире не осталось никого, кто был способен тебя контролировать. Но ты не хотела быть похожей на меня. Не хотела всю жизнь зависеть от этой статуи. Быть безликой и бессильной, словно тень. Однако ты и демоном становиться не хотела, ведь источником их сил является Чиюань, а от него зависит и демон небес, и великие Бедствия, верно? Ваше Высочество, вы слишком самонадеянны. Хочешь делать все, что заблагорассудится, и чтобы никто тебе не указ?
Принцессе казалось, что огонь пожирает ее изнутри. Будто она сама превратилась в угли для растопки костра.
— Ты знал... Ты всегда знал, что это я приказала Мэн Ся выкрасть остатки духа небес. Ты...
Но не успела она договорить, как ее тело поглотил сияющий луч. И давно исчезнувшая кровь возродилась в бушующем пламени.
Такая жадная и донельзя совершенная.
— Но как же ты забыла, что сила человеческих молитв — величайшая тайна неба и земли? Неужто смертным удалось тебя одурачить?.. Ах, да, ты же никогда не признаешься, что ты всего лишь обычный дух.
Статуя посмотрела на охваченную огнем птицу, и на каменных губах, казалось, промелькнула улыбка.
— Небесные сети необъятны4... Я не так хорош в «технике марионетки», как мой учитель, — вздохнул Шэн Линъюань.
4 疏而不漏 (shū ér bù lòu) ссылается на 天网恢恢 (tiānwǎng huīhuī) — небесные сети необъятны (обр. у правосудия длинные руки).
— Вздор. Ваше Величество это развлекает, и ваших поверхностных знаний вполне достаточно. Зачем вам этому учиться? — сидевший перед доской Дань Ли передал Шэн Линъюаню последний камушек, который держал в руке. — Благодаря благословению Ее Высочества Ваньфэй ваш подданный смог вернуться в этот мир. Теперь я собственными глазами вижу, что мечта Вашего Величество об объединении всех кланов, наконец, исполнилась, и ваш учитель может спать без сожалений. Тун…
— Я Сюань Цзи, господин Дань Ли. У меня и удостоверение есть, — поправил учителя юноша.
Дань Ли опешил. Затем немного поразмыслил и сказал с улыбкой:
— Его Величество позаботится о тебе. Что ж... Старейшина Сюань Цзи, Чиюань…отныне я вверяю Наньмин тебе.
Дань Ли расправил широкие рукава, торжественно поклонился и исчез.
То, что осталось после него на доске, не было таинственной партией чжэньлун5. Черно-белые камушки складывались в нелепую пухлую птичку.
5 珍珑 (zhēnlóng) — чжэньлун. Термин вэйци, также имеющий название «линлун» (玲珑 línglóng). Обозначает глобальное гениальное творение, характеризующееся изобретательностью замысла.
Но в следующий же момент странная иллюзия разрушилась. Сюань Цзи почувствовал, что темная энергия заструилась вокруг, окутав его, словно лепестки цветка.
Реальность плавно перетекла в еще одну иллюзию... Человек, создавший ее, не скрывался, отчего Сюань Цзи не мог не поддаться искушению.
Он увидел длинные волосы Шэн Линъюаня, небрежно собранные в корону с жемчужными нитями, по двенадцать спереди и сзади. Его Величество был облачен в тяжелое и громоздкое императорское одеяние, с обеих сторон украшенное аккуратными подвесками, всем своим видом излучая торжественность. Но Сюань Цзи чувствовал, что Линъюань нарядил и его. Из-за тяжелых одежд крылья пришлось спрятать.