В-третьих, наказания и привилегии соотносятся с системой труда постояльцев. Места для работы и места для сна четко определяются как места, где приобретаются привилегии определенных видов и уровней, и постояльцев очень часто на виду у всех переводят из одного места в другое с целью их административного наказания или вознаграждения соразмерно проявленной ими готовности к сотрудничеству. Постояльцы перемещаются, система остается. Поэтому можно ожидать появления некоторой пространственной специализации, когда определенная палата или барак приобретают репутацию места для наказания особо непокорных постояльцев, а назначение охранником в определенные места рассматривается как способ наказания персонала.
Система привилегий имеет относительно небольшое число компонентов, которые подчиняются некоторому рациональному замыслу и открыто доводятся до участников. Это позволяет добиваться сотрудничества от тех, кто часто имеет причины не сотрудничать[132]. Пример такого мира можно найти в недавнем исследовании государственной психиатрической больницы:
Применяемая санитаром система контроля поддерживается как позитивной, так и негативной властью. Эта власть — неотъемлемая составляющая его контроля над палатой. Он может предоставлять пациенту привилегии, и он может наказывать пациента. Привилегиями являются лучшая работа, лучшие комнаты и постели, маленькие излишества вроде кофе в палате, чуть больше приватности, чем у среднего пациента, возможность выходить из палаты без сопровождения, более широкие, чем у среднего пациента, возможности общения с санитарами или с профессиональными сотрудниками, например терапевтами, а также такие нематериальные, но важные вещи, как доброе и уважительное отношение.
Наказания, которые могут применяться санитаром: отмена всех привилегий, психологическое давление (например, издевательства), злые шутки, умеренные и иногда жестокие телесные наказания или угроза таких наказаний, помещение пациента в изолятор, лишение или затруднение доступа к профессиональным сотрудникам, угроза включения или действительное включение пациента в список на электрошоковую терапию, перевод пациента в худшую палату и регулярные неприятные задания (например уборка за теми, кто ходит под себя)[133].
Параллель можно найти в британских тюрьмах, в которых применяется «система четырех ступеней», на каждой из которых увеличивается оплата труда, время «общения» с другими заключенными, доступ к газетам, количество совместных трапез и время отдыха[134].
С системой привилегий связаны определенные процессы, важные для жизни тотальных институтов.
Вырабатывается «институциональный жаргон», на котором постояльцы описывают ключевые события своего мира. Персонал, особенно нижних уровней, тоже знает этот жаргон и использует его в разговорах с постояльцами, но в разговорах с вышестоящими лицами и посторонними переходит на более стандартный язык. Вместе с жаргоном постояльцы усваивают знания о различных рангах и должностях, накопленные знания об учреждении, а также некоторую сравнительную информацию о жизни в других похожих тотальных институтах.
Кроме того, персонал и постояльцы имеют ясное представление о том, что в психиатрических больницах, тюрьмах и казармах называют «косячить». Косяк предполагает сложный процесс участия в запретной деятельности (иногда с попыткой побега), поимки и полноценного наказания. Обычно это сопровождается изменением статуса в системе привилегий, категоризируемым, например, как «разжалованье». Типичными проступками, включаемыми в понятие косяка, являются драка, пьянство, попытка суицида, обнаружение запрещенных вещей при досмотре, азартные игры, несоблюдение субординации, гомосексуальность, неправомерный выход на волю и участие в коллективных бунтах. Хотя эти проступки обычно объясняются строптивостью, злонамеренностью или «болезнью» нарушителя, они на самом деле образуют словарь институционализированных действий, хотя и ограниченный, поскольку у косяков могут быть и другие причины. Постояльцы и персонал могут негласно соглашаться с тем, например, что определенный косяк является способом демонстрации постояльцами своего недовольства ситуацией, кажущейся несправедливой с точки зрения неформальных соглашений между персоналом и постояльцами[135], или способом отсрочивания индивидом своего выхода на волю без признания перед другими постояльцами, что на самом деле он выходить не хочет. Какое бы значение им ни придавали, косяки исполняют важные социальные функции в институте. Они препятствуют окостенению, которое бы наступило, если бы единственным способом перемещения в системе привилегий было продвижение по выслуге лет; кроме того, понижение в статусе в результате косяка позволяет старым постояльцам контактировать с новыми, находящимися в непривилегированном положении, что обеспечивает распространение информации о системе и о людях в ней.
132
Стоит упомянуть, что, по некоторым данным, в определенных случаях эта система не очень эффективна и не слишком надежна. В некоторых тюрьмах вознаграждения, соответствующие обычным ожиданиям, предоставляются сразу при попадании внутрь, и существенно улучшить свое положение официальными способами оказывается почти невозможно — единственное изменение статуса состоит в утрате привилегий (
135
Библиографию см. в: