Ахиман, Гофмейстер.
Ахиман
Я паводка сего никак не понимаю,
Умеренная сушь приличествует маю,
И пастбища мочить не должно бы воде.
650 Морям спокойствовать уместно бы везде,
Отнюдь не проявлять губительного пыла,
Покуда летнее струит лучи светило.
Прилива не творит ущербная луна,
Два раза в день волна взойти на брег должна
И дважды отступить; и паводок весенний
Не мог бы пробудить подобных опасений,
Чиня такой разор на нашем берегу.
Здесь ничего понять я, право, не могу.
Гофмейстер
Постигнуть кто бы мог все чудеса природы!
Ахиман
660 Ной, праотец, вещал, что, мол, нахлынут воды,
Так дело повернул сей хитрый человек,
Что впрок из дерева соорудил ковчег,
Куда заранее взял зверя, птицу, гада,
И сам куда войдет, а с ним — жена и чада.
Гофмейстер
С ним князь ли поспешил связать судьбу свою?
Ахиман
Едва ль я воды все на свете изопью;
Ты Ноевы слова уже слыхал последни.
Гофмейстер
Не могут правдой быть разнузданные бредни
Безумца-старика! Воспрять от забытья
670 Вам надлежало бы! Да сгинет мысль сип!
Ахиман
Когда пришел потоп, то уж какие мысли.
Гофмейстер
Да, тучи над страной, конечно же, нависли,
Но лучше выкинуть печаль из головы.
Ахиман
Печаль не отметешь, коль есть она — увы.
Не уговаривай, тревоги я не скрою.
Случается гроза осеннею порою [167],
Листвой желтеющей шумит холодный лес,
Прибрежные валы взлетают до небес
И бьются о скалы, растрачивая силы;
680 Соленая вода вступает рекам в жилы
И не вмещается во хрустале амфор.
Болезни водяной неукротим напор,
И опускает мгла над миром покрывало.
Подобная пора для нас теперь настала.
Час наступил, когда бесплоден бранный зык.
У пастухов разлад не попусту возник
Из-за земли: едва ль бывает спор серьезней,
Ничей авторитет не усмирит сей розни.
Гофмейстер
Безумием ужель мудрейший согрешит?
Ахиман
690 Едва ль безумен тот, кто загодя решит
Найти убежище у родичей Ламеха,
Пока спасению не явлена помеха.
Гофмейстер
От ложа брачного отказ тогда реки.
Ахиман
Сколь трудно отвечать на ото по-мужски!
Мне легче, может быть, отъять от тела душу
В себе! Всей жизни смысл я, кажется, разрушу:
От женщин отойти! Нет, лучше умереть!
Отречься, между тем, от них придется впредь:
Чего не сделаешь для блага государства!
Гофмейстер
700 О, как тебя хулить все станут за коварство
И к женам нелюбовь! О, не руби сплеча,
Не отступай, подруг желанных огорча;
При вести, что всходить не хочешь ты на ложе,
Гнев девушек представь и жен любимых тоже:
Жизнь и душа твоя в их власти, господин!
Ахиман
В кедровнике теперь побыть хочу один.
Гофмейстер
О, что произошло? На что сие похоже?
В тот самый час, когда владыки и вельможи,
Вассалы, данники и круг прелестных дам,
710 Подобных красотой возвышенным звездам,
Сойдутся честь воздать божественной княгине, —
Великий князь решил, что есть потреба ныне
Счесть бредни старика за умные слова.
Коль это свадебны расстроит торжества,
Кто будет отвечать? Провижу меж придворных
Наветов череду и сплетен самых вздорных.
Княгине знать о сем уж, видно, кто-то дал:
Она идет сюда. Ну, впереди скандал.
Урания, Гофмейстер.
Урания
Куда девался князь? Нашел какое дело?
Гофмейстер
720 Он был здесь; им теперь тревога овладела.
Урания
Кто князю слух дурной осмелился принесть?
Гофмейстер
Здесь Архипастырь был, и оп доставил весть,
Что стал морской прилив необычайно страшен,
Ни пастбищ не щадит, пи плодородных пашен.
Ну, в горы пастухи погнать хотели скот,
На это осерчал суровых горцев род,
Схватился за ножи, призвал друзей и кровных,
И началась война. Поди, найди виновных,
Немало трупов там лежит наверняка.
Урания
730 У князя пастухов достаточно пока.
Как было рассудить угодно воле княжьей?
вернуться
167
Случается гроза осеннею порою... (и далее до ст. 683) — Редчайший для Вондела образец лиротрагического пейзажа, введенного в текст драматического монолога.