Трагедии

И доски корабля впитать не могут боле,
Чем впитано уже смолы и канифоли.
Быстрей, чем я пишу, корабль, чаруя взор,
Растет, как цитадель, вернее — как собор,
Противостав богам [197], страшащимся, что ныне
Титаны новые, творимые твердыни,
От семени людей возросшие враги,
80 Вот-вот с Юпитера потребуют долги
За кровь давнишнюю, придавленную Этной,
За то, что трон отца поверг древнезаветный.
Спрошу однако же: а исполины где,
Что возмогли б сию махину свесть к воде?
В деянии таком предполагать победу
Еще уместно бы, пожалуй, Архимеду.
Здесь нужен бы Атлант, иль новый Геркулес,
Кто на плечах держать способен свод небес!
Утишься, род людской! Смирись, признайся проще:
90 На действие сие тебе не хватит мощи!
Однако нет! Народ, не слушая меня,
Титана катит, как Троянского коня,
Громада движется, и вот, творцам в утеху,
Со стапелей летит, в воде прорвав прореху.
Встревожен бог морской: со дна, изглубока,
Качает тростником густого парика,
И в синеве бурчит: Ничтожные людишки!
Вам покажу ужо, как богу ставить шишки!
За Схевелинг ваш флот [198] пусть выплывет скорей,
100 Дорида там живет [199] средь юных дочерей,
А я засну пока в тиши, в придонном иле,
Куда меня, увы, плотины оттеснили.
Корабль на воду встал, и совершенства в нем,
Творимые людьми, все краше день за днем:
Сперва рангоуту черед, а следом — вантам [200],
Растет над марсом марс [201], как будто над гигантом
Встал колоколен ряд, как будто род людской
С них мыслит обозреть подвластный край морской,
Вдали сыскать Олимп, слывущий необорным, —
110 Да вострепещет Марс пред марсом рукотворным!
Вот — исполин готов. Так встань на рейд смелей
Пред анфиладою могучих кораблей!
О сколько флагов здесь глядит с высоких стенег [202]!
Расцветок фейерверк узри, иноплеменник:
Здесь пурпур, киноварь, лазурь и серебро,
Здесь весело очам, отрадно и пестро,
Гербы и вымпелы овеществили грезу:
Да, здесь геральдика пришла к апофеозу!
На синем — Саламандр. Льву — придан красный фон,
120 Здесь — воспарил Орел, там — возлетел Грифон,
Златоочитый хвост Павлин Юноны вскинул,
И Белый Голубь здесь, — когда потоп отхлынул,
Он ветвь масличную доставил на ковчег,
И с ней на вымпеле запечатлен навек.
Я зрю Меркурия, Персея и Пегаса,
Морского чудища вон там грозит гримаса,
Что деву сторожит, скорбящую в плену;
Зрю полный Зодиак, зрю Солнце и Луну,
Сплетаются ветра над синею равниной,
130 И, беззаботствуя, полощут парусиной.
С каким изяществом — корабль возьми любой —
Обшивка галерей [203] украшена резьбой!
Но, корабельщики! Бы что ж, не христиане?
Иль спьяну сей красой кичитесь в океане?
Пусть море вас дарит богатством чересчур,
Так нужно ль, чтоб его растратил самодур?
За нечто сходное был древле Тир наказан.
Но — проповедовать пиита не обязан.
Творенье дивное! Меня к тебе влечет!
140 Невеста сей страны, княгиня наших вод!
Пленясь красой твоей бесценной диадимы,
Почуял сам Нептун страданья нестерпимы;
Киприда, мнится мне, в тебе воплощена —
На створке устричной когда спешит она
К себе на Кипр, — скользит, прещедро брызги мещет,
Любовью пламеня все то, что в море плещет.
Тот, кто взойдет на борт, с восторгом там узрит
Бизань, и фок, и грот, и битенг [204], и бугшприт,
И клюзы в палубе — просветы для отдачи
150 Каната с якорем, коль их назвать иначе;
Баталерский отсек; поварню, где всегда [205]
На весь дубовый дом готовится еда;
Вот — готлинги [206], а вот — чудовищное дуло
Страшилища войны, литого картаула [207];
Вот — ядра тяжкие, вот — склад пороховой,
Что мог бы Цербера вогнать в предсмертный вой;
Вот — кубрик, шканцы — вот; а далее — каюта,
В которой рулевой живет не без уюта;
Вот, наконец, и трюм. Воскликнешь ты: Моряк!
160 Безумец, как нырнешь ты в сей стигийский мрак [208]?
Там вечной ночи край, в котором все незримо,
Там легче заплутать, чем в катакомбах Рима,
Там — полюс северный! Ты просто глуп и слеп,
Коль хочешь лезть туда, в подводный сей вертеп!
Все жито герцогства сюда сгрузи — неполным
Сей трюм окажется. Скупец вручает волнам
Свое имущество, — пусть весел, пусть угрюм,
Он дома — плотию, но духом — втиснут в трюм.
Вот — выстроились в ряд ответственные лица,
170 Те, с кем к венцу сия отбудет молодица:

197

Противостав богам... — Согласно мифам, после битвы с титанами Зевс (Юпитер) сверг титанов в Тартар и придавил их Этной — действующим вулканом в Сицилии.

198

За Схевелинг ваш флот.., — Схевелинг (совр. Схевенинген) приморское предместье Гааги. "За Схевелинг" — букв, "в открытое море".

199

Дорида там живет... — См. выше, примеч. 2.

200

Сперва рангоуту черед, а следом — вантам... — Рангоут — мачты, реи, стеньги, т. е. всякое дерево на корабле, служащее для постановки паруса; ванты — снасти судового стоячего такелажа, раскрепляющие к бортам мачты, стеньги и т. д.

201

Растет над марсом марс... — марсы — площадки, накладываемые на продольные брусы, прикрепляемые к мачтам и стеньгам.

202

...глядит с высоких стенег! — Стеньги — верхние продолжения мачт.

203

Галерея — кормовая надстройка парусного корабля.

204

Битенг — тумба для намотки якорной цепи.

205

Баталерский отсек; поварню, где всегда... — Баталер — заведующий раздачей продовольствия на корабле. Поварня — именно так, а не голландским словом "камбуз", называли корабельную кухню в русском флоте времен Петра I, — именно благодаря Петру решительно вся русская морская терминология заимствована из нидерландского языка.

206

Готлинг — легкая литая пушка.

207

Картаул — тяжелое сорокавосьмифунтовое орудие.

208

Безумец как нырнешь... и далее до ст. 164 — ср. описание корабельного трюма в репликах Хама в IV акте драмы "Ной".