А если нас пророчица отвергнет?
Елена
Тогда тебе убитым быть, Елене ж
Постель царя-насильника делить!
Менелай
Изменница!.. Один предлог — насилье...
Елена
Я головой твоей клянусь, что я...
Менелай
Что ты умрешь, не изменяя мужу?
Елена
Да, что умру, от одного с тобою
Меча притом, и лягу близ тебя.
Менелай
В знак верности коснись руки моей!
Елена
Да, если ты умрешь, глядеть на солнце
Не буду я — в том вот тебе порука!
Менелай
840 И я умру, коль царь тебя отнимет!
Елена
Но как нам смерть со славою стяжать?
Менелай
На насыпи могильной за тобою
С самим собой покончу я. Но раньше
Мы испытаем силы, за жену.
Кто хочет, выходи! Но лавра Трои
Не посрамит ахейский вождь, его
Не назовет Эллада малодушным.
Как? Он, за славу коего Фетида
Единственного сына отдала,
Он, видевший окровавленный меч
Аякса, он, перед которым Нестор
Оплакивал дитя свое,[350] отдаст
850 Жену без боя? Нет... Коль боги мудры,
Над воином, приявшим от врага
Смерть честную, земля ложится пухом,
А трус лежит на твердом ложе наг...
Корифей
Бессмертные! Покончит ли с несчастьем
Танталов род у вас когда-нибудь?
Елена
Увы! Увы! Судьба моя такая;
Погибли мы: она сюда идет,
Та вещая. Засовы заскрипели...
860 Беги!.. Иль нет! Зачем? Не убежишь...
Все, все известно ей. О, ужас! Гибну...
Увы! Тебя затем ли меч щадил
На берегах Скамандра, чтобы варвар
В глаза тебе железом засверкал?
ЭПИСОДИЙ ПЯТЫЙ
Из дворца выходит Феоноя с прислужницами.
Феоноя
Вы шествуйте передо мной: ты с светом
Лучины и с пылающею серой,
Истоком девственных эфирных недр,
Чтоб чистое небесное дыханье
Вливалось в грудь мне. Ты ж стезю мою,
Коль кто-нибудь стопою нечестивой
Ее сквернил, — ты пламени, раба,
870 Ее отдай и, отрясая светоч,
Очисти путь пророчицы. Воздав,
Что я велю, богам, — обратно факел
Пусть каждая возложит на очаг.
Что скажешь ты, Елена, о гаданье
Моем теперь? Вот муж твой; кораблей
И твоего подобья он лишился.
(К Менелаю.)
Да, горький, сколько ты уже прошел
Тяжелых испытаний, а не знаешь,
Что ждет тебя... Отсюда ль путь, иль здесь
Его предел? Там из-за вас сегодня
Мятется сонм Олимпа близ отца
Державного. Но Гера на тебя
880 Уже не копит злобы, как бывало;
Вернуть тебя хотела бы она
И с нею, гость: пусть эллины увидят,
Что призрачен был Александров брак,
Киприды дар. Киприде же угодно
Не допустить возврата твоего,
Чтобы ее молва не обличила
За тот обман, которым красоты
Она стяжала первенство на Иде...[351]
Теперь зависит от меня: отдать
Тебя царю в угоду Афродите
Иль, с Герою в согласье, — умолчав,
890 Спасти тебя от брата. От него ж
Приказ — стеречь прибытие твое
И доложить ему. Так кто же в поле
Пойдет царю сказать о Менелае?
Так будет безопасней для меня.
Елена
О дева... Я с мольбой к твоим коленям[352]
Припала, и печальный этот прах
Я телом покрываю... Я за нас
Тебя молю обоих: за себя
И этого несчастного. Как долго
Его ждала я — и сейчас ножу
Его отдам? О нет! О Менелае,
Вернувшемся в объятия мои,
Ты не расскажешь брату: заклинаю
900 Тебя — спаси его; не отдавай
Ты святости души своей в обмен
За злую и неправедную милость!
Насилье неугодно божеству:
Приобретать — не похищать велело
Оно нам достояние свое
И отвергать богатство, если кривдой
Оно добыто. Общим небеса
Покровом нам, земля сырая общей
Обителью; но дом и то, что в доме, —
У каждого свои, и не велит
Закон чужое отнимать насильем![353]
На счастье нам — хоть моего страданья
910 Ценой — отцу доверил твоему
Меня Гермес, для мужа моего
Чтобы сберег. Вот муж мой, взять с собою
Меня он хочет. Но возьмет ли мертвой?
И передаст ли мертвому живую
Родитель твой? Да, вникни в волю бога,
В отца завет! Вернуть иль не вернуть
Они б велели ближним их добро?
Вернуть, конечно. Неужели ж выше
Поставишь ты греховный помысл брата,
Чем благородство твоего отца?
А если ты, пророчица, которой
Свою и боги открывают волю,
920 Отца святую правду оскорбишь,
Неправую спасая правду брата, —
Что за позор! Все тайны божества
Постичь, о сущем и не сущем верно
Судить, — а божью правду попирать!
Ну, а затем... Ты видишь: море бед
Мою ладью колышет, — о, спаси,
Спаси меня, союзницей да будет
И жалость справедливости твоей!
Ведь человека нет, кого б мое
Не возмущало имя. Вся Эллада
Молвы полна о той, что, изменив
Супругу, на злаченые чертоги
Польстилась. О, отдай отчизну нам!
Коли вернусь я в Спарту, — очевидной
930 Всем эллинам ты сделаешь игру
Богов и верность строгую Елены;
Себе верну жены я честной имя
И выдам дочь. Кто ж иначе моей
Захочет Гермионы? Я скитанья
Покончила бы горькие тогда
И достоянием родного дома
Свободно б насладилась. Если б муж
Убит был на чужбине — в слез потоках
Я б утешение вдовству нашла;
Но ведь он здесь, спасен от бед, от смерти,
И у меня отнять его хотят...
Царевна! Милосердье! Правды отчей
940 Ты оживи нам память. Выше славы
Для человека нет, как на отца
Великою душою быть похожим.
вернуться
350
Ст. 849. ...Нестор оплакивал дитя свое — юного и отважного Антилоха, который погиб под Троей от руки царя эфиопов Мемнона, спасая жизнь своего отца (см. «Одиссея», III, 111 сл.; IV, 186—188).
вернуться
351
Ст. 878—886. О споре между богами по поводу возвращения Менелая на родину из других источников ничего не известно. Непонятно также, почему Гера должна была когда-то гневаться на Менелая: в «Одиссее» указывается, что он вынужден был скитаться, так как не совершил вовремя гекатомбы Зевсу и прочим богам (IV, 472—480). Скорее всего, этот эпизод — изобретение самого Еврипида, сделанное по образцу совета богов, призванного решить участь Одиссея («Одиссея», I, 22—93; V, 2—27).
вернуться
352
Ст. 894—995. Речи Елены и Менелая, хотя и не являются частями агона, абсолютно равновелики.
вернуться
353
Ст. 903—908. Некоторые издатели считают эти стихи подложными; однако Еврипиду свойственно влагать в уста своих героев рассуждения на этические темы, только отдаленно связанные с содержанием трагедии.