Корифей
Да, женщинам дележ не по душе,
А если он на ложе, — и подавно.
Андромаха
Увы! Увы!
О, молодость пощады не дает,
Когда она задумала обидеть.
Боюсь: слова рабыни, пусть они
И истиной сияют, ты отвергнешь.
И одолеть боюсь тебя: одно
От торжества нам горе. Не выносят
Надменные от слабых, госпожа,
190 Слов истины победных... Но в измене
Самой себе меня не уличат.
О, если бы ты, юная, открыла
Мне тайну победить тебя сама!..
Иль Троя Спарты больше? Иль спартанки
Счастливей я? Свободнее ее?
Или занять твое надеюсь ложе
Затем, жена, что юностью цвету,
Ланитами и золотом сияю
Иль верными друзьями? Может быть,
Ты думаешь, что мне, жена, отрадно
200 Унылый груз рабов твоих влачить?
Иль если бы бесплодной навсегда
Осталась ты, тогда бы царство Фтии
Народ доставил сыновьям моим?
Меня ведь любят эллины — не так ли —
За Гектора? Иль, может быть, ничтожной
Была я там, а не царицей Трои?
Нет, если муж не любит, колдовство
Напрасно ты винишь; свою негодность
Вини скорей. Есть зелья в нас самих, —
И не краса, не думай, — сердца чары
Пленяют дух мужей. Тебя ж едва
Что огорчит — ты тотчас Спарту славишь,
210 А дом царя порочишь. Ты одна
Богатая, все — нищие, и выше
Пелида Менелай. Вот отчего
Царю ты не угодна. Женам надо
Любить мужей и слабых и сердец
Сварливым нравом не тревожить их.
Когда б царю фракийскому была ты
В страну потоков снежных отдана,
Где делит муж меж жен, и многих, ложе —
Что ж? Иль и там соперниц истреблять
Искала б ты, чтоб укоряли жен
Из-за тебя в неутолимой жажде...
Кто ж не поймет, что женщине больней
220 Ее недуг любовный, чем мужчине!
Но мы таить его умеем... О,
О Гектор мой, когда порой Киприда
Тебя с пути сводила, я тебе
Прощала увлеченья, я рожденным
Соперницей не раз давала грудь...
Я не хотела, чтоб осталась горечь
В твоей душе: лишь нежностью тебя
Я возвращала ложу... Ты ж, царица,
Над мужем ты дрожишь, росе небес
Своею каплей нежной не даешь ты
Его коснуться даже... Берегись,
230 Чтоб мужелюбьем матери тебе
Не постыдить!.. Нет, детям, если разум
В них не погас, с порочных матерей
Не брать бы, кажется, примера лучше...
Корифей
О госпожа, пока легко, склонись
На слово примиренья, если можно...
Гермиона
Шумиха слов! О скромности фиал,
Ты на мою нескромность даром льешься!
Андромаха
Нескромность, да... твоих недавних слов...
Гермиона
От разума иных подальше б только...
Андромаха
Стыда в вас нет, о юные уста!
Гермиона
Он в замыслах рабыни молчаливых?
Андромаха
240 Любовных ран ужель нельзя таить?
Гермиона
Для женщины Киприда — все на свете.
Андромаха
Для скромной, да... Но разве ты скромна?
Гермиона
Не варваров царит у нас обычай!
Андромаха
Позор, жена, и там и здесь — позор.
Гермиона
Умна ты, да! А вот спасись, попробуй.
Андромаха
На нас глядит Фетида, постыдись!
Гермиона
Тебя она за сына ненавидит.
Андромаха
Нет, дочь его убийцы — это ты![157]
Гермиона
Какая дерзость эту рану трогать!
Андромаха
250 О, скованы уста мои... молчу...
Гермиона
Зачем молчать, когда ответ мне нужен?
Андромаха
Ты не по-царски мыслишь — вот ответ.
Гермиона
Покинь сейчас алтарь богини моря!
Андромаха
Ты поклянись, что не убьешь меня.
Гермиона
Не мужа ждать для этого я буду...
Андромаха
Но раньше я не сдамся, не мечтай!
Гермиона
Вот подожгу тебя, и горя мало.
Андромаха
Мечи огонь! Богов не ослепишь...
Гермиона
Ты боль от ран почувствуешь на теле.
вернуться
157
Ст. 248. ...дочь его убийцы — это ты... — Андромаха хочет сказать, что виновницей гибели Ахилла является Елена, мать Гермионы, — ради нее он отправился под Трою.