— Ну? Так что, качок или засранец?
— Честно? И то, и другое.
Нажимаю на кнопку «скорость», переходя с легкой пробежки на шаг и замедляюсь, чтобы получше разглядеть этого парня, который заключил отвратительное пари с Рексом Гандерсоном, и у которого хватило наглости подумать, что я захочу с ним переспать.
— Могу я быть с тобой откровенна? Ты сводишь меня с ума.
— В хорошем или плохом смысле, потому что однажды я сделал фото своих[2].
— Ты сделал фото своих яиц? Зачем? — Вытягиваю руку, чтобы остановить его, потому что на самом деле не хочу слышать ответ. — Не бери в голову, не хочу знать. Я имела в виду плохой смысл.
Хватаю полотенце, висящее на беговой дорожке, и набрасываю его на шею, намереваясь направиться в раздевалку, надеясь, что парень не последует за мной.
Но он делает это, ускоряя свой темп, чтобы идти в ногу со мной.
— Как тебя зовут?
Я останавливаюсь.
— Я уже говорила тебе, Эрик Джонсон, — выплевываю его имя, чтобы подчеркнуть тот факт, что он так быстро забыл мое, — мы уже обменялись именами.
— Прости. Я встречаюсь со многими людьми. — Он совсем не выглядит виноватым.
— Мы познакомились всего несколько дней назад.
— Можем начать сначала?
Я продолжаю идти, отмахиваясь от него.
— Нет, и так хорошо.
— Лайла, подожди.
Я закатываю глаза. Останавливаюсь. Разворачиваюсь, чтобы взглянуть на него.
— Анабелль и Лайла даже не близко.
Эрик Джонсон ухмыляется.
— Я знал, что ты назовешь свое имя.
— О боже, ты... ты такой...
Засранец.
Его глупость лишила меня дара речи, и я задаюсь вопросом, что бы сказал мой отец обо всем этом. Что бы он сделал, если бы знал, что Эрик делает ставки и преследует меня в спортзале.
— Кажется, я произвожу такое впечатление на всех девушек.
— Только не на меня.
— Нет?
Когда я смеюсь, это звучит слишком громко, поворачиваются несколько голов в нашу сторону. Ой.
— Нет.
— Что нужно сделать, чтобы заставить такую девушку, как ты, встретиться где-нибудь с таким парнем, как я?
Девушка, как я? Это странно, думала, он сказал, что я не горячая, что в мужском разговоре по существу означает не тр*хабельная. Смотрю на него с любопытством, уделяя ему самую малую часть своего времени.
— Что ты имеешь в виду под «такая девушка», как я?
— Ты явно не в моей лиге, но я все равно хочу с тобой встретиться.
— Не могу поверить, что ты основываешься на моей внешности…
— Это потому, что ты великолепна. Я не жду, что ты будешь милой — горячие цыпочки обычно не такие.
О, боже. Теперь он немного перегибает палку. Я, конечно, не страшилка, но и не выигрываю конкурсы красоты.
— Позволь мне только один раз сходить куда-нибудь с тобой. Если тебе не понравится, обещаю, можешь послать меня к черту.
Я недоверчиво смотрю на него. С чего он взял, что я захочу с ним встретиться?
Парень делает еще одну попытку.
— А что, если мы где-нибудь встретимся — тебе даже не придется говорить мне, где ты живешь.
Идея укореняется, зарывается глубоко в мое воображение, представляя, как Эрик Джонсон приезжает в дом моего отца, чтобы забрать меня на свидание.
Отец убил бы его.
И Эрика Джонсона ждет адский сюрприз.
Довольно неприятный.
Один взгляд на лицо придурка может стоить любой драмы, которую он вызвал. Хочу увидеть его реакцию, когда мой отец откроет дверь дома.
От этой мысли у меня кружится голова.
— Знаешь что, Эрик, я дам тебе шанс... давай не будем называть это свиданием. Давай назовем это тусовкой. Потусуюсь с тобой один раз. Если ты сведешь меня с ума, я объявлю тайм-аут, и ты отвезешь меня домой. По рукам?
Парень с энтузиазмом кивает.
— По рукам.
— Не собираюсь присылать тебе свой адрес, мне не нужно, чтобы ты знал мой номер телефона, но я запишу его для тебя.
— Мне заехать за тобой?
— Конечно, почему бы и нет. — Я записываю свой адрес, злобно улыбаясь ему из-под ресниц. — Увидимся в семь. Если ты сможешь пройти мимо моего швейцара, у тебя будет приятель на ночь.
— У тебя что, сторожевой пес есть?
Еще одна ухмылка.
— Типа того.
— Пап, можешь открыть дверь?
Вечер пятницы — один из немногих вечеров, когда папа приходит домой в разумное время, и я наблюдаю с верхней площадки лестницы, как он, слегка прихрамывая, выбирается из своего старого кресла и ковыляет к прихожей.
Он все еще в своей обычной униформе, которую носит на тренировках по борьбе каждый день: черные спортивные штаны Adidas, черная футболка «Борьба университета Айовы» и спортивная куртка, застегнутая на молнию.
2
Nuts – переводится как псих, чокнутый или яйца (о мужских половых органах). В данном случае игра слов.