– Семнадцать лет назад, – легко ответил я на него, заподозрив подвох.
– Вот ты и ответил на свой вопрос, – констатировал он факт.
Аж прям завис немного от этого. Действительно элементарно, если до этого нужна была сила, то с появлением такой истории наличие стрелка стало не обязательным. Главное, чтобы боеприпасы с нанесёнными на них рунами были. Конечно, огнестрел, способный использовать столь необычные выстрелы, несколько отличался от обычного, зато позволял людям, ни разу не изучавшим искусство стрелков, пользоваться их преимуществами. Пистолетик Ярославы при горячей встрече меня любимого на входе был из таких. Естественно, и в промышленности активация свитка плазмой нашло своё применение.
– Так почему всё-таки у медальона такое название? – решил я сместить таким макаром акценты в разговоре.
Как известно, запоминается сказанное последним.
– Это была его лаборатория. Ощущаешь – масштаб? В каждый лепесток несколько таких комнат могло – войти. С тех пор появились ещё такие, а тогда ему завидовали по-чёрному. Не раз убить пытались, хотя и не только за это. Сколько он душ извёл со своими опытами, но тогда с этим было проще. Хоть и дорого, но можно было выкупить «чёрных» холопов. Собственно, из-за него и искоренили такую практику. Есть наказание согласно Правде, вот пусть оно и будет! – закончил он на нотации.
Здесь сложилась довольно своеобразная система права. К примеру, не было и нет смертной казни, да и вообще очень мало учреждений наказания, как правило, для этого используют предприятия с очень опасным и вредным производством, и то последнее скорее вынужденная мера. Почти все наказания заключаются в назначении виры. Но это далеко не наши штрафы.
Во-первых, величина их совсем не детская и так просто с кармана не рассчитаешься, а во-вторых, в случае тяжких преступлений это не конечная цифра, а обязательство по содержанию иждивенцев пострадавшего. И они могут доходить до девяноста процентов дохода преступника. И прикинуться шлангом не получится, устроившись на низкооплачиваемую работу. Судом всегда назначается минимальная планка выплат.
Если не можешь, а тем более не хочешь рассчитываться, что же, добро пожаловать в «чёрные» холопы. Местный вариант пожизненного заключения, с одним маленьким «но»: никаких вариантов помилования, да и вообще, у кошек и то больше прав будет. Таких и раньше было не так и много, в смысле очень давно, но с шестнадцатого века в них можно попасть было только за нарушение судебных решений и совсем уж страшные злодеяния.
До конца же девятнадцатого века таковых можно было выкупить, однако только в том же статусе, без права на вольную. Дорого, хлопотно, но если есть желание, пожалуйста, а потом делай с ними, что хочешь. Чем пользовались частенько родственники жертв душегубов, и вовсе не из целей милосердия. На это и напирала церковь, продавливая запрет на такое безобразие. В итоге продавать их запретили, а вот владеть ими – нет, но со временем, по естественным причинам, их у частных лиц почти не осталось.
Есть несколько исключений из правил, когда им продлевали жизнь у целителей. Процедура дорогая, да и вообще малодоступная, потому, сами понимаете, не просто так делалась. Там практически семейные отношения и общие дети, которые по местным законам рождаются свободными и по грехам родителей не отвечают, в том числе и денежным. Есть два случая, как у нас выразились бы, понту для. Вот ни у кого нет, а у нас есть! Тут обычные-то не у каждого рода имеются, а у нас «чёрные»!
Да-да, холопов никто иметь не запрещал, но… Тут очень неохотно отменяют какие-либо законы, потому в них такая неразбериха, что хоть вешайся. Некоторые появились ещё в двенадцатом веке и действуют до сих пор. Чтобы вычислить некоторые виры, требуется сложить порой больше десятка цифр, её изначальной величины и изменений в последующие столетия. Ну а раз в Правде есть целый раздел, посвящённый им, его никто удалять не стал, а взяли в шестнадцатом веке и наложили ограничения, ежели человека захолопили, то выкупной не должен превышать тридцати рублей серебром.
Собственно, тогда почти уравняли их с закупами, но последние за эти века трансформировались в совершенно уникальную форму правовых отношений, где в качестве залога по займу выступают умения человека. Естественно, всё это должно быть тщательно прописано в закупном ряду.
Но помните про денежное ограничение? Вот оно опять и подсуропило. Деньги со временем обесценивались, и ловкачи стали через суд становиться холопами, а потом из кармана отдавали эту сумму, и всё, с точки зрения закона становились чисты, аки агнцы божьи. А занимали-то совсем не те суммы. Безобразие, и как бы поступили у нас, просто переписали бы закон. А тут нет.