– Погоди, ты сказала – могут. А что с теми, кто не преобразовался?
Каюсь, не удержался, перебил.
– Происходит деление, и процесс начинается сначала, – пояснила Ярослава.
Блин! Можно было догадаться и самому. А теперь сам себя выставил в невыгодном свете.
– Понятно, – протянул я сказанное слово, пытаясь выглядеть не таким дундуком, каким был на самом деле.
– Дальше идёт четвёртый класс. Обладающий вполне развитым разумом, и если такую встретит обычный человек, вряд ли догадается, с кем его свела судьба, даже если она начнёт применять техники, скорее примет её за одарённого. Да и вообще, уверенно их могут выявлять только духовники и светлые. Они и раньше встречалась очень редко, а сейчас… Самая интересная, кстати, в смысле использования, – продолжала она свой рассказ.
Вот с этого нужно было начинать, а она про растения, отпочкования…
– Что, с ними вот так запросто можно поболтать? – я не удержался и задал-таки вопрос про интересное лично мне.
– Сейчас нет, – просто убила она меня.
Однако насторожило построение фразы.
– Раньше, значит, можно было?! – сделал я удивлённый вывод.
– Просто сложно в природе их сейчас встретить, если вообще возможно. Охотники на нечисть выше третьего класса ничего последние полтора столетия не ловили. В своё время наделали делов, сейчас жалеют, но прошлого не вернуть, – уточнила Дорогобудова.
– А нелегально? – я попробовал зайти с другой стороны.
Ну не могёт быть, чтобы совсем без вариантов!
– Тоже вряд ли. Четвёртый – это совсем не третий. Сами кого хочешь уконтропопить могут. Обучаемость у них такая, что светлые с тёмными от зависти удавятся. На службе у родов пару раз встречала, и всё, – пояснила она ситуацию, видимую с её стороны.
Вот не верю, и всё тут!
– Жаль… – вслух же сказал иное.
– Поверь, не только тебе. Для Россеа, в связи с особенностями направления использования силы, выходят самые вольготные условия для роста и развития паутинок. В Европе они, считай, и не встречаются, – с сожалением в голосе проговорила Ярослава.
– Постой, а почему так? – последняя фраза меня серьёзно заинтересовала.
– Я, конечно, понимаю, что эти знания не несут практической ценности, но так, хотя бы интереса для, – с укором в мой адрес произнесла она.
Мне оставалось только умоляющую рожицу состроить.
– Ладно, ладно. Есть три типа подхода к формированию техник. Западный, восточный и русский. Последний к нам пришёл из Передней Азии, но поскольку теперь все те территории стали частью Россеа, нигде больше таким подходом не пользуются, потому и стали так называть. В Европе формировать техники принято внутри паутинки, что сильно сказывается на скорости процесса в положительную сторону, – опять начала она рассказ с самого начала, так и не досказав предыдущий.
Но тут уж сам виноват со своими хотелками. Могла бы и послать, но почему-то отнеслась она к ним со всей ответственностью.
– Это поэтому советуют их грохать без предупреждения? – не удержался я и вновь перебил.
И опять она даже бровью не повела. Будто так и надо, всю жизнь только и делала, как терпеливо всё мне поясняла. Даже моих новых знакомых уже стало такое её поведение удивлять. Он как-то посматривать на неё стали. Но ощущение, будто они у неё уже в игноре и окромя меня важных людей в помещении больше нет.
– Да. С большой долей вероятности демонстративный бой будет проигран. У них, кстати, классификация идёт по доступному резерву, а не скорости накачки техник силой, как у нас. И это далеко не весь объём паутинки. То, что пересекается с физическим телом, не используется, во избежание нанесения увечий самому себе. Если уж пришлось столкнуться с представителем этого направления, вначале придётся думать только о защите и уклонении, и бой вести на измор. Ну, или поступить как ты и сказал, а лучше исподтишка. Так даже надёжней. А вот если всё же «пошёл на вы», то придётся выжидать момент, когда представителю европейской школы придётся подбирать совместимые техники, и тут уж если остался цел, то не моргай, – стала подробно объяснять мне все расклады Ярослава.