– Ну, как видишь, оказалась способна, – отозвалась Лиззи, – и разговоры уже пошли. Директор школы обо всем узнал, и она висит на волоске.
Но это же ужасно! При чем здесь работа?
– Они надеются, что это не попадет в прессу, – добавила Лиззи.
– А почему это вдруг должно появиться в газетах? – спросила я.
– Потому что этот человек – член парламента от лейбористской партии.
Вот минусы высокого поста, не так ли? Слишком много членов парламента, работы мало, и как результат – некоторые парламентарии, которые обычно протирают штаны на задних рядах, недовольные своей карьерой и мающиеся от безделья, поддаются соблазну немножко пораспускать слухи. Да, я порицаю правительство. Бедняжка Эмма. Какая мерзкая ситуация. Вообразите, что однажды утром вы, ничего не подозревая, подходите к газетному киоску и вдруг видите свое лицо, нашлепанное на первой странице «Миррор», или «Мейл», или «Сан» под такими заголовками: «ЛЕЙБОРИСТ И УЧИТЕЛЬНИЦА ИЗ ТОТТИ!», «ТОТТНЕМСКАЯ[98] ЗАМАРАШКА СОБЛАЗНЯЕТ ЛЕЙБОРИСТА ЛАРРИ!», «ПРЕДСТАВЬТЕ СЕБЕ, ВСЕ ЕЩЕ МИСС!», «ПОЗОР ЛЕЙБОРИСТУ ЛОУРЕНСУ БРАЙТУ!» Я пришла в ужас. Как отвратительно. Я купила все газеты. Все же там были хорошие снимки – она выглядела очень симпатичной, хотя и смотрела мрачно из окна верхнего этажа, словно заложница, каковой она, кстати, и была. Бедная Эмма, подумала я. Попасть в лапы газетчикам. Так, значит, это она – «знойная тридцатилетняя брюнетка Лоуренса Брайта». Как неприятно. Но эта история заставила меня понять, как глупо связываться с женатым мужчиной. Это всегда приводит к неприятностям, депрессии и незащищенности, так что, слава богу, я отвергла этот путь. Я послала Эмме анонимную «валентинку», чтобы поддержать ее в трудный час. А также подумала, что неплохо бы ей дать совет дышать глубже – в конце концов, ей сейчас так тяжело.
– Эмма, это Тиффани. Мы можем поговорить? – Мой голос слегка дрожал.
– Конечно, мы можем поговорить, – сказала она.
– Мне бы хотелось дать тебе совет по поводу дыхания.
– Зачем это?
– Чтобы помочь тебе сохранять спокойствие.
– Я спокойна, Тиффани.
– Почему ты спокойна, Эмма?
– А почему бы мне не быть спокойной? – спросила она со смехом.
– Потому что таблоиды мешают тебя с грязью, вот почему. Я не хочу растравлять твою рану, но они с успехом создают у пятнадцати миллионов людей впечатление, будто ты гибрид Бьенвениды Бак[99] и Мей Уэст.[100]
– Но эта история – полнейшая чепуха, – вздохнула она.
Я почувствовала разочарование.
– Ты хочешь сказать, что у вас с Лоуренсом Брайтом ничего нет?
– Нет. То есть да. Есть.
О господи.
– С каких пор?
– Ну не знаю – не так давно. Несколько месяцев, – добавила она неуверенно.
– Он женат?
– Да, женат. Но папарацци упустили из виду тот факт, что жена ушла от него после Рождества. Сейчас он живет один.
Я смутно чувствовала, что меня обманывают.
– Почему тогда газеты этим заинтересовались?
– Потому что считают, что она ушла из-за меня.
– А это не так?
– Нет. Правда нет. Не спрашивай меня об этом, Тиффани. Она ушла потому… потому что… ну, я не знаю. Она считала, что у них счастливый брак. Но дело в том, что он так не считал.
– А когда ты с ним познакомилась?
– На родительском вечере в июне. Он мне понравился, но я знала, что он женат. Иногда, когда он приходил, чтобы забрать дочь из школы, мы с ним разговаривали. А потом он спросил, не хочу ли я с ним встретиться.
– Ты пошла?
– Да.
– Даже несмотря на то что он женат? О, Эмма, Эмма, как ты могла?
– Ну да, – ответила она. – Но только потому, что я знала: он несчастен. Он рассказал мне, что несчастен и что его брак разваливается на куски…
– Может, он лгал.
– Ну нет, не лгал. Он точно сказал мне правду. То есть что его брак действительно развалился, понимаешь? И вот я стала встречаться с ним, но, конечно, никому об этом не говорила. Даже Фрэнсис. И, если честно, Тиффани, я не говорила тебе, потому что думала, что ты будешь меня осуждать.
– О, нет, нет, нет. Я тебя не стала бы осуждать! – горячо возразила я.
– Ну, мне так казалось. Это очень запутанная ситуация, но я не сказала бы, что разрушила его брак, хотя газеты только об этом и твердят. И его жена тоже так говорит. Но это совсем не то, что сделала моя мачеха, отбив моего отца у матери, когда они с мамой жили совершенно счастливо, – тихо добавила она. Слишком тихо, подумала я. – И Лоуренс Брайт – это не Робин Кук. – Это верно. – Я собираюсь, конечно, судиться с газетами, – сказала она спокойно. – Фрэнсис говорит, что поможет мне бесплатно. Она говорит, что не прочь для разнообразия вести дело о защите чести и достоинства, а газетная шумиха, несомненно, поможет карьере Ларри. Взгляни, что произошло с Пэдди Пантсдауном – его рейтинг взлетел.
99
Бьенвенида Бак (леди Бак) – вторая жена сэра Энтони Бака, члена парламента от партии тори. Имела связь с министром обороны сэром Питером Хардингом, который был вынужден оставить свой пост из-за разразившегося скандала.
100
Уэст Мей (1892–1980) – американская актриса, известная своей сексуальной привлекательностью.