Глубоко вздохнув, Тереса посмотрела на улицу через открытое окно. Увидела людей в синих комбинезонах, и ее сразу же охватило глубокое отчаяние: девушка снова вспомнила о тревожном отсутствии ее брата Марио.
Бабушка Карлоса Годино жила в каких-то пятидесяти метрах от фонтана «Рыбы». Ее квартира располагалась на втором этаже. Дверь нам открыла смуглокожая девушка лет тридцати, неотлучно находившаяся при пожилой женщине.
– Привет, Дорис. Она в гостиной?
– Да, ждет вас, – широко улыбнувшись, ответила сиделка с мягким карибским акцентом.
Мы с Карлосом двинулись вперед по узкому коридорчику, а Дорис нырнула на кухню, откуда доносился приятный запах свежесваренного кофе. Как и говорил Карлос Годино, его бабушка сидела в кресле у большого окна, выходившего на площадь Прадильо и проспект Конститусьон. Комнатка была крошечной, почти без мебели: стол с угольной грелкой[12], накрытый толстой шерстяной скатертью, под которой старушка прятала ноги, четыре стула и маленькая полка, на которой стояли фотографии со свадеб и крещений и какие-то памятные сувениры. Кроме того, в разных точках расставили комнатные растения, что придавало помещению дополнительный уют. Светлые занавески были раздвинуты, чтобы видеть, что происходит на улице.
– Бабуля, привет! Вот писатель, о котором я тебе вчера говорил.
– Здравствуй, мой хороший! – старушка с радостной улыбкой подставила внуку щеку для поцелуя.
– Очень приятно познакомиться, сеньора, спасибо, что согласились поговорить со мной.
– Благодарить не за что, я люблю гостей: слишком уж много времени провожу одна, а бедняжке Дорис я уже до чертиков надоела.
– Что вы такое говорите! – вступила в разговор сиделка, появившаяся в этот момент на пороге: на подносе стоял кофейник и три чашки. – Вы же знаете, что я вас очень люблю, мы все время разговариваем про жизнь и все такое, ведь правда?
– Дорис, мне кофе не наливай, я ухожу.
– Ты не останешься?
– Нет, бабушка, мне еще забирать Карлитоса из школы, у Анны сегодня много работы.
– Вот видите, – обратилась она ко мне, – вечно у них не остается времени на бедную старушку.
– Ладно, бабуля, не наговаривай, ты же знаешь, что я всегда прихожу, как только выдается минутка. Эрнесто, присаживайтесь. Его зовут Эрнесто, – сообщил Карлос старушке, пока я с опаской садился на свое место.
– Да поняла я, поняла. Давай, иди уже, не хватало еще, чтобы мальчик вышел из школы и не увидел никого из родителей.
Карлос подошел к бабушке и нежно погладил ее по щеке.
– Учтите, она как старый кинопроектор. Стоит его завести, и он не остановится, пока не кончится лента. И не говорите потом, что я вас не предупреждал.
– Не беспокойтесь. Я буду рад выслушать все, что она расскажет.
– Если увидите, что ее понесло куда-то не туда, бросайте все и бегите.
– Ладно, бездельник, отправляйся за моим правнуком и не забудь привести его ко мне, это всегда такая радость.
– Я ухожу, – он протянул мне руку, и я поднялся, чтобы ее пожать. – Надеюсь, вы оба с пользой проведете время. Будете еще в Мостолесе – звоните, выпьем кофе. Договорились?
– Конечно, и еще раз большое спасибо…
– Не за что. Бабушка довольна, и это главное.
Поцеловав старушку в лоб, он вышел, сопровождаемый Дорис.
– Он хороший внук, но у молодежи всегда столько работы, что времени больше ни на что не остается. Ума не приложу, зачем им столько денег: на новую машину, на новый дом, на путешествия, на мобильные телефоны… Представляете, моему правнуку всего пять, а они уже хотят купить ему телефон!
– Век высоких технологий, – вставил я, не понимая, что тут можно ответить.
– Ну не знаю. Раньше у нас всего этого не было, и мы жили себе преспокойненько. А сейчас отними у них машину или мобильный телефон, они же с ума сойдут!
– В чем-то вы правы, но каждому из нас достается свое время с его достоинствами и недостатками.
– Пожалуй, что да. На долю людей моего возраста выпало много всякого, в том числе плохого, поэтому мы легко довольствуемся малым. Чем больше у тебя всего, тем сильнее ты к этому привязываешься, а это плохо.
Я глупо улыбнулся. В чем-то она, конечно, права, но то, о чем она говорила, никак не было связано с потребностями людей в ее и в мое время.
Я услышал, как закрылась входная дверь и как Дорис идет к нам по коридору. Войдя, она налила нам кофе, без умолку разговаривая со старушкой, как с малым ребенком. Закончив, она поставила кофейник на поднос.
– Хеновева, если вам что-то понадобится, я у себя.
12
Традиционный для Испании стол с отверстием под угольную грелку в нижней части. Такой стол накрывался толстой шерстяной скатертью и позволял отогревать ноги в холодное время года. Аналог японского котацу.