Выбрать главу

Сергей Кредов

Тринадцатая ночь. Роман-гипотеза

Памяти

Валерия Петровича Литвинова

посвящается

В этом повествовании правда покоится на прочном основании вымысла. Не пытайтесь отделить одно от другого. Едва ли у вас получится.

Чистосердечное признание автора

Один известный человек начал свою автобиографию так: «Эта книга написана потому, что автору нужны деньги».

Почему написана книга, которую держит в руках читатель?

Ради денег? Но автор вряд ли прилично заработает с помощью своей книги. Ради славы? Для славы нужны деньги, а их в таком количестве у автора нет. К тому же автор вторгся в сферы, куда его никто не приглашал, – высшей власти, крупного бизнеса, строжайше охраняемых государственных секретов. Маленьких людей заносит в эти сферы случайным ветром и уносит, покружив под ногами у сильных мира, не раздавили – и на том спасибо. Об увиденном там лучше забыть. А тут – роман…

Эта книга написана потому, что автора захватили события, о которых он решил рассказать. Другого объяснения у него нет.

Так бывает: живет себе человек тихо-мирно. И вдруг становится невольным свидетелем удивительных происшествий, словно за занавеску заглянул: «Ага, любовь-морковь. Господи, кража… Похищение! Да там, кажется, и убийство замышляют! Деньги делят. И все это в высших эшелонах власти!» Человеку становится не по себе, он бежит со всех ног к своим знакомым, чтобы поделиться увиденным. Примерно в таком состоянии и пребывал автор, когда писал свою книгу.

«Ну и ну, – скажет читатель, – неужели автор не знал, как будут разворачиваться события в его романе?» Представьте – не знал! Теперь – внимание: действие романа развертывается 18 августа – 3 сентября 2007 года, а закончен он был гораздо раньше, примерно за полгода до того. Откуда же автору было знать, как поведут себя в романе его герои? Ну вы сами подумайте!

В книге нет ни одного вымышленного персонажа, у каждого есть прототип, взятый из жизни. Некоторые характеры – верно, слегка изменены, но тут уж никуда не денешься. Однако большая часть из описанных в романе событий – автор на этом настаивает – имели место! А остальных не то чтобы не было, просто мы не знаем в точности, происходили они или нет. Может быть, еще произойдут.

Реальные люди встретились в реальных обстоятельствах. И разыграли представление, которое автор просмотрел, записал в меру своего таланта и предлагает на суд читателей.

Со слов автора записано верно.

Дата. Подпись

Как похвалу автор воспринимает вопрос, который ему не раз задавали после 2007 года.

– А это было? То, что описано в книге?

Что тут ответить? Сказано же выше: некоторые события, возможно, еще произойдут…

– Не знаю. Я давно не смотрю телевизор.

Из дополнения автора к чистосердечному признанию от 2017 года

Глава первая,

в которой люди огорчаются по поводу мелких неприятностей, в то время как крупные неприятности бродят рядом

Все-таки главное в профессии оперативника – умение «включать дурака». В этом Ильич убедился за свою долгую и не слишком успешную карьеру.

От кого он впервые услышал это выражение – «включать дурака»? A-а, сейчас неважно, хоть бы и сам придумал. Оцените, насколько это важное умение. Допустим, вызывает опера высокое начальство и, стуча по столу кулаком, дает поручение. Опер ушам своим не верит: что за глупость! Как опытный человек может предлагать такое? Однако начальство ведь не просто так стучало кулаком. Умный опер быстро вникает в ситуацию, говорит «есть» и бодрым шагом отправляется рыть землю. Завтра начальство накричит на него по другому поводу, а о данном поручении и не вспомнит. Потому что оно не хуже опера понимает: показания, которые требовалось с исключительным тщанием проверить, есть плод богатой фантазии свидетеля. Глупое поручение спустили из еще более высокой инстанции. И начальство, выслушав его, отреагировало, как наш опер, то есть «включило дурака». А что делать, если сегодня каждый потерпевший ухитряется куда-то нажаловаться? Если всякий терпила (как выражаются уголовники, милиционеры и некоторые политики) убежден: он дает сыщикам ключ к раскрытию преступления, подсказывает оригинальные версии, а те все отсекают, поскольку озабочены только одним – быстрее завершить дело и доложить о своем достижении руководству.

Ильич был уверен, что подобная игра между начальниками и подчиненными ведется испокон веку и всюду. И российская милиция тут мало чем отличается от Скотланд-Ярда или ФБР. Да что там – от любого гражданского ведомства и любой частной компании. Самая популярная в мире бюрократическая забава. Так было и так будет.