– Тогда скажи нам, кто он?
Монах достал из-под кровати книгу и, открыв ее на нужной странице, стал читать.
– Ты был помазанным херувимом, чтобы осенять, и Я поставил тебя на то; Ты был на святой горе Божией, ходил среди огнистых камней. Ты совершен был в путях твоих со дня сотворения твоего, доколе не нашлось в тебе беззакония. От обширности торговли твоей внутреннее твое исполнилось неправды, и ты согрешил; и Я низвергнул тебя, как нечистого, с горы Божией, изгнал тебя, херувим осеняющий, из среды огнистых камней. От красоты твоей возгордилось сердце твое, от тщеславия твоего ты погубил мудрость твою; за то Я повергну тебя на землю, перед царями отдам тебя на позор[18]. Как упал ты с неба, денница, сын зари?! Разбился о землю, попиравший народы. А говорил в сердце своем: взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера. Взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему[19].
– И что это значит? – ничего не понял Виктор.
– Это значит, Вить, что ты подвозил дьявола. И именно он причина всего, что происходит, – ответил ему Зверев.
– Ты прав, – закрыл книгу Виталий. – Но только отчасти. То, что я прочитал, это всего лишь отрывок из книги, которая написана людьми.
– Ты хочешь сказать, что он хороший и добрый?
– Отнюдь нет, я не хочу сказать, что он добрый. Он ненавидит нас. Сказано: и была Тьма, и был Свет. Они существовали вместе все время, но Богу было угодно создать нас. Чтобы мы, смертные, могли дарить добро и любовь друг другу. Но Всевышний ошибся, а сотворенное очень трудно уничтожить, тем более, когда ты любишь свое чадо всем своим существом. А когда он попросил приклониться перед творением брата своего, изрек тот: «Они же ничтожны, зачем нам им кланяться? Не кланяемся же мы всему, что сотворили, ибо оно прах. Они предадут тебя, поскольку они смертны, и как бы ты ни делал их умней животных, они будут оставаться ими! Зря только тратишь время свое. Не достойны души они! И законов твоих они не достойны. Отвернись от них, и увидишь, кто есть творение твое. Ибо отрекутся они от тебя во благо себе, как только станет им худо». Никто никого не свергал в Геенну огненную, также не было войны между Светом и Тьмой. Сами подумайте, разве может между ними вспыхнуть война, если Отец наш просит любить и уважать друг друга, прощать и помогать? Это придумали мы, люди. Для нас даже вера стала наживой. А для них это всего лишь игра, в которой мы, к сожалению, пешки. Один любит нас и жертвует всем ради нас, слепо веря в нас как в детей своих. Другой, наоборот, хочет уничтожить род людской и покарать всех за то, что мы творим. Вот и идет у них противостояние уже не одно тысячелетие.
– Раз мы такие никчемные, за что Он нас любит? – хмыкнув, произнес Зверев.
– Если бы Отец любил за что-то, он не смог бы полюбить нас вообще. Потому что мы прах, бунтующий против него прах. Дьявол это видит и пользуется нашим ничтожеством. Анатас мерит нас стандартами совершенства, которым соответствуют только боги, и поэтому мы все для него лишь воплощение греха. Ибо даже самые добрые и правильные дела, которые мы совершаем, не идут ни в какое сравнение с тем, какими великими они должны быть в идеале. Анатас знает это. И Отец наш знает это. Но Бог есть любовь – такова природа его.
– Интересно, на чьей стороне ты, монах? – сухо спросил Алексей.
– Я давно сделал свой выбор, поэтому и помогаю вам.
– Ты что, ангел?
– Я такой же, как и ты.
– Я видел птицу, которая превращалась в человека.
– Это Абигор, он же Ворон, – один из слуг дьявола, лучший его воин, его посланник в этом мире.
– То есть ты хочешь сказать, что Сатана путешествует по нашей грешной земле не один?
– Именно это я и сказал. Есть много, с чем еще вам предстоит столкнуться. Мир населяет не только род людской: много разных существ наполняют его. Просто вы замкнулись на себе и не видите ничего, кроме богатства, власти и плотских утех. Ума бы кто-нибудь захотел, так ведь нет, каждый считает себя умнее другого. Самый последний неуч думает, что он гений. Возможно ли было представить себе, что Анатас так близко подойдет к своей цели? И прошла-то всего какая-то жалкая пара тысяч лет со смерти Спасителя. Он был идеален – эталон человека, настоящий бог в смертной человеческой плоти. Жаль, что мне нельзя рассказать большего.
– Почему?! – возмутился Алексей.
– Потому что мои слова могут повлиять на ход событий. Сейчас главное не мои воспоминания и не то, что я думаю о тебе – это не имеет значения. Сейчас главное – постараться предотвратить катастрофу.