– Кто же он такой? – спросил Лю Бэй.
– Чжугэ Лян из Ланъе, потомок сы-ли Чжугэ Фына. Отец его Чжугэ Гуй был правителем округа Тайшань, но рано умер, и Чжугэ Лян переехал к своему дяде Чжугэ Сюаню, который жил в Сянъяне и был другом цзинчжоуского правителя Лю Бяо. Потом Чжугэ Сюань умер, и ныне Чжугэ Лян со своим братом живет в Наньяне. Они занимаются там земледелием, в часы досуга любят петь «Песни Лянфу» [68] под аккомпанемент лютни. В той местности есть гора, которая носит название Во-лун – гора Дремлющего дракона, и поэтому Чжугэ Лян называет себя еще господином Во-луном. Вот действительно самый выдающийся талант за многие века! Поскорее навестите его, и если он согласится быть вашим советником, тогда вам нечего будет беспокоиться о порядке в Поднебесной!
– Мне как-то Сыма Шуй-цзин говорил о Во-луне и Фын-чу. Наверно, это один из них?
– Фын-чу – это Пан Тун из Сянъяна, а Во-лун – это и есть Чжугэ Лян, – объяснил Сюй Шу.
Лю Бэй так и подпрыгнул от радости:
– Вот теперь только я узнал, кто такие Во-лун и Фын-чу! Мудрецы находятся у меня под боком, а я ходил, как слепой! Спасибо, что вы открыли мне глаза!
Потомки сложили стихи, рассказывающие, как Сюй Шу, не слезая с седла, расхвалил Чжугэ Ляна:
После этого Сюй Шу попрощался с Лю Бэем и уехал.
Теперь Лю Бэй полностью осознал то, что ему сказал в свое время Сыма Шуй-цзин. Подобно человеку, только что очнувшемуся от глубокого сна, возвращался Лю Бэй со своими военачальниками в Синье. Здесь он приготовил дары и вместе с братьями Гуань Юем и Чжан Фэем собрался в Наньян к Чжугэ Ляну.
Между тем Сюй Шу, взволнованный расставанием с Лю Бэем и опасаясь, что Чжугэ Лян не пожелает покинуть горы, по пути сам заехал к нему. Чжугэ Лян поинтересовался причиной его прихода.
– Я служил Лю Бэю, – сказал ему Сюй Шу, – но Цао Цао бросил в темницу мою матушку, и она призывает меня к себе. Я не могу не поехать. Но перед отъездом я рассказал о вас Лю Бэю, и он очень скоро посетит вас. Надеюсь, вы не откажете развернуть свои великие таланты, чтобы помочь ему! Это было бы для него великим счастьем!
– Так, значит, вы сделали меня жертвой в своем жертвоприношении? – с раздражением произнес Чжугэ Лян.
Он сердито встряхнул рукавами халата и вышел, а пристыженный Сюй Шу сел на коня и уехал в Сюйчан к своей матушке.
Вот уж поистине:
О том, что было дальше, вы узнаете в следующей главе.
Глава тридцать седьмая
Итак, Сюй Шу прибыл в Сюйчан. Узнав о его приезде, Цао Цао сказал Сюнь Юю, Чэн Юю и другим своим советникам, чтобы они встретили Сюй Шу. Тот предстал перед Цао Цао и низко поклонился.
– Почему вы, такой талантливый ученый, унизили себя службой Лю Бэю? – сразу же спросил у него Цао Цао.
– В молодости я долго скитался по рекам и озерам, скрываясь от опасности, и случайно попал в Синье, где и сдружился с Лю Бэем, – пояснил Сюй Шу. – Но так как матушка моя здесь, а я очень люблю ее, я не смог преодолеть угрызений совести.
– Зато теперь вы можете сколько угодно заботиться о вашей матушке, и у меня будет возможность получать ваши наставления, – сказал Цао Цао.
Сюй Шу с благодарностью поклонился и немедленно отправился повидаться с матерью. Со слезами на глазах он поклонился у ее дверей.
– Ты зачем здесь? – удивилась старушка.
– Я приехал сюда по вашему письму, – ответил Сюй Шу.
– Ты скверный сын! – разгневалась старуха, ударив кулаком по столу. – Бродяга! Сколько лет я учила тебя уму-разуму, а ты стал еще хуже, чем был! Ты читаешь книги, и тебе должно быть известно, что верность господину и сыновнее послушание не могут существовать без ущерба для обеих сторон! Разве ты не знал, что Цао Цао обманщик и злодей, а Лю Бэй гуманный и справедливый человек? Ведь он потомок Ханьского дома, и ты служил достойному господину! Ох, и глупец же ты! Ну как ты мог из-за подложного письма покинуть свет ради тьмы! Какими глазами мне смотреть на тебя? Ты опозорил своих предков! Напрасно ты живешь на свете!
Сюй Шу повалился ей в ноги, не смея поднять глаз. Она скрылась за ширмами, и через минуту вбежал слуга с криком:
– Госпожа повесилась!
Сюй Шу бросился на помощь, но поздно, – матушка его уже испустила дух.
Твердость матушки Сюй Шу потомки прославили в стихах:
Сюй Шу без чувств грохнулся на пол возле тела матери и долго не приходил в себя. Цао Цао прислал людей передать ему дары и выразить свое соболезнование, затем он сам явился совершить жертвоприношение. Сюй Шу похоронил свою матушку к югу от Сюйчана и остался там охранять ее могилу. Подарков Цао Цао он не принял.
В это время Цао Цао собирался предпринять поход на юг. Однако советник Сюнь Юй отговаривал его:
– В холодную погоду воевать невозможно, разумнее было бы подождать до весны…
Цао Цао с ним согласился. Он приказал отвести воды реки Чжанхэ и сделать небольшое озеро, где его войска обучались ведению войны на воде.
Тем временем в Синье произошло вот что. Лю Бэй, приготовив подарки, собирался в Лунчжун к Чжугэ Ляну, когда ему доложили, что у ворот его спрашивает какой-то человек в островерхой шляпе.
– Наверно, Чжугэ Лян! – обрадовался Лю Бэй.
Приведя в порядок свою одежду, он вышел встречать гостя. Но это оказался Сыма Хуэй. Лю Бэй любезно пригласил его во внутренние покои, усадил на почетное место и осведомился:
– Как поживаете? Простите, что за своими военными делами я не выбрал времени наведаться к вам. У меня не хватает слов выразить, как я счастлив, что удостоился вашего светлого посещения!
– Я собственно пришел повидаться с Сюй Шу, мне сказали, что он у вас, – ответил Сыма Хуэй.
– Недавно его матушка прислала ему письмо и вызвала в Сюйчан, – произнес Лю Бэй.
– Тут какая-то хитрость со стороны Цао Цао! – взволновался Сыма Хуэй. – Я хорошо знаю матушку Сюй Шу: она ни за что на свете не согласилась бы написать такое письмо, даже если бы ее бросили в темницу! Ах, лучше бы Сюй Шу не уходил отсюда! Тогда еще можно было бы надеяться, что его матушка останется в живых, а теперь она безусловно погибнет!
Лю Бэй изумился, не понимая, почему это может случиться.
– А вот почему, – объяснил Сыма Хуэй, заметив его недоумение. – Матушка Сюй Шу – женщина высоких взглядов, и она не пожелает жить после того, как ее сын совершил позорный поступок!
– Не скажете ли вы мне, кто такой наньянский Чжугэ Лян? – спросил Лю Бэй. – Его назвал мне перед отъездом Сюй Шу…
68