— Ну, как я выгляжу? — спросила она.
— Потрясающе, — отозвался он, — а я?
— Отлично, Майкл, высший класс!
— Прекрасно. — Он вышел из ванной и направился к бару. Оттуда он извлек бутылку «Бушмиллз» и два стакана. — Это не шампанское, Нора, это доброе ирландское виски.
Он разлил виски и поднял свой стакан.
— И за нашу страну!
— И за нашу страну! — повторила она старый лоялистский тост.
Он осушил свой стакан.
— Отлично! Теперь не забыть бы коробку со столовыми приборами, и можно трогаться.
Было около половины седьмого, когда Фергюсон и Анна Бернстейн вышли из здания Министерства обороны. Фергюсон велел своему шоферу отвезти его домой на Кавендиш-сквер. Дверь открыл Ким, в прошлом — капрал гуркхских[8] частей, а потом долгие годы — личный слуга бригадира.
— Вас ждет мистер Диллон, бригадир.
— Спасибо, Ким, — поблагодарил Фергюсон.
Диллон стоял в гостиной у открытого французского окна со стаканом в руке. Он обернулся.
— Я тут похозяйничал, надеюсь, вы не возражаете?
— Где вы пропадали? — спросил Фергюсон.
— Я прошелся по своим старым источникам. ИРА не имеет никакого отношения к этому делу. Это все Ахерн — и это меня беспокоит.
— Могу я узнать почему? — поинтересовалась Анна Бернстейн.
— Майкл Ахерн, — отвечал Диллон, — один из самых блестящих организаторов, каких я когда-либо знал. Он очень умен, сообразителен и очень, очень непрост. И, как я уже говорил, он не позволяет своей левой руке знать, что делает правая.
— Так вы думаете, что у него еще есть сюрпризы для нас?
— Несомненно. Вам это может показаться надуманным, но мне кажется, что все — от доноса и смерти Квигли до так называемого случайного взрыва телекомовского микроавтобуса на пути следования президента — было придумано заранее.
— Вы это серьезно? — спросила Анна.
— Вполне. Покушение провалилось, и мы, по идее, должны расслабиться. Дайте-ка мне взглянуть на распорядок мероприятий президента.
Анна протянула ему листок, а Фергюсон налил себе выпить.
— Надеюсь, что на этот раз вы ошибаетесь, Диллон.
— Вот, пожалуйста, — проговорил Диллон, — прогулка по Темзе с коктейлем на катере «Джерси Лили». Премьер-министр, президент и премьер-министр Израиля. Здесь он и ударит, вот здесь-то он с самого начала собирался ударить, а все остальное было лишь «дымовой завесой».
— Вы с ума сошли, Диллон, — высказался Фергюсон. — Вы точно сошли с ума. — Потом он повернулся и бросил взгляд на лицо Анны Бернстейн. — О Господи! — промолвил он.
Она взглянула на часы.
— Половина седьмого, сэр.
— Так, — сказал он, — мы едем. У нас не слишком много времени.
А в это самое время Ахерн и Нора припарковывали свою «тойоту» на Чейни-Уок. Выйдя из машины, они пешком направились к пирсу Кадоган. Возле причала сгрудились десятки полицейских машин, толпились агенты в штатском, а путь к месту посадки преграждала арка переносного электронного детектора, которую миновать было невозможно. Возле нее стояли два дюжих молодца в синих костюмах.
— Секретная служба, телохранители президента, — определил Ахерн. — Мне кажется, что свои костюмы они покупали в одном магазине.
Личные карточки Ахерна и Норы были приколоты на лацканы их курток. Когда они добрались до арки, Ахерн улыбнулся одному из охранников и протянул ему пластмассовую коробку.
— Простите за беспокойство, но здесь две сотни ножей, вилок и ложек. У вашей машины могут сгореть предохранители.
— Отдайте ее мне и проходите, — сказал охранник.
Они прошли через арку, охранник открыл коробку и рукой пошуровал столовые приборы. В это время к причалу подкатили несколько лимузинов.
— Слушай, парень, это израильский премьер-министр, — обратился к охраннику его товарищ.
— Вам придется оставить эту коробку здесь, — сказал охранник Ахерну. — Проходите.
— Как прикажете. — Ахерн шагнул на сходни. Нора последовала за ним. Наверху Ахерн проскользнул в дверь и сразу направился к туалету, вспоминая заученный план помещений.
— Подожди здесь, — приказал он Норе у дверей мужского туалета с номером четыре на двери.
В туалете какой-то мужчина стоял у умывальника. Ахерн тоже принялся мыть руки. Как только за мужчиной закрылась дверь, Ахерн направился в угол к красному пожарному ведру, разгреб в нем песок и извлек два завернутых в пленку «вальтера» с глушителями. Один он заткнул себе за пояс сзади, а другой спрятал в форменной куртке. Выйдя из туалета и убедившись, что поблизости никого нет, он передал второй «вальтер» Норе, которая спрятала его под мышку левой руки, в карман блузки.