В позднейшую эпоху сравнительно мелкий, тускло окрашенный чилийский вид снова переселился на Хуан Фернандес, но теперь ему предстояло конкурировать с прочно укоренившимся там красным потомком и, по всей вероятности, он подвергся легким конституционным изменениям, в точности приспособившим его к его новой островной родине. Поэтому новый пришелец перебивается лишь с трудом; он, как говорит м-р Рид (Reed) из Сант-Яго, встречается на острове далеко не так часто, тогда как красный вид очень распространен. Кроме того, можно предположить, что на остров довольно часто прибывают из Чили новые колибри, содействуя, таким образом, поддержанию своего вида, ибо не надо забывать, что в то время как при первом переселении для успешной колонизации требуются самцы и самки, позднее, уже после образования колонии, всякая случайно залетная птица увеличивает численность и путем скрещивания задерживает продолжающуюся изменяемость вида.
Таким образом, все особенности трех родственных видов колибри острова Хуан Фернандес совершенно свободно объясняются действием тех всеобщих законов, которые, по мнению Дарвина и других ученых, обусловливают изменчивость животных и закрепление их изменений. Но поучительно отметить, что там, где изменение окраски и увеличение размеров тела происходили наиболее энергично, параллельно имели место и незначительные изменения других признаков. На о. Хуан Фернандес клюв сделался несколько короче, рулевые перья – шире, огненно-красная шапочка на голове несколько меньше; все эти признаки у птиц с о. Мас-а-Фуэра или выражены в меньшей степени, или вовсе отсутствуют. Эти совпадающие изменения могут происходить или в результате того, что Дарвин назвал корреляцией роста, или вследствие частичного появления атавистических признаков под влиянием особо благоприятствующих условий, или, наконец, благодаря непосредственному влиянию климата и пищи. Во всяком случае, все это показывает, какое многообразие непредвиденных изменений может быть вызвано у известных видов в сравнительно короткое время совсем незначительной переменой места.
Если мы теперь окинем взором все бесконечное разнообразие жизненных условий, встречающихся на всем Американском материке, этот контраст жарких, сырых, обширных лесных равнин Амазонки, открытых льяносов Ориноко, сухих плоскогорий Бразилии, защищенных со всех сторон равнин и лесистых склонов Восточных Анд, зеленеющих плоскогорий, пустынных парамо,[134] бесчисленных вулканических конусов с их характерной альпийской растительностью, далее – контрасты восточного и западного побережья, изолированность Вест-Индских островов, в меньшей степени – Центральной Америки и Мексики, которые, как мы знаем, несколько раз отделялись от Южной Америки; если мы примем во внимание, что все эти резко разграниченные области подвергались космическим и местным изменениям, постепенным поднятиям и опусканиям, увеличению и уменьшению поверхности, то резким крайностям, то равномерности температуры, то увеличению, то уменьшению количества осадков; если мы учтем, что параллельно с этим изменялась растительная и животная жизнь; если мы, наконец, учтем, что все эти причины должны были влиять бесчисленными способами на рост и развитие, на форму и окраску этих удивительных птичек, – если мы учтем все эти разнообразные и переплетающиеся формы воздействия, то мы больше не будем так поражаться их необычными формами, их бесконечным разнообразием, их чудной красотой. В течение скольких веков влияли все эти причины, сказать невозможно; во всяком случае, величайшая изолированность колибри от всех других птиц наравне с большим количеством их видов и родов ясно указывает на очень большую древность этой группы.
Родственные отношения и связи колибри
Вопрос о систематическом положении колибри, о том, с какими группами они состоят в ближайшем родстве или наиболее сходны, так интересен и вместе с тем дает такой повод к общедоступному обобщению некоторых основных принципов зоологической классификации, что я намерен разобрать его несколько основательнее, не вдаваясь, однако, в технические детали.
В восточном полушарии, а именно в тропической Азии и Африке, есть другое семейство маленьких птичек, именуемых нектарками, тоже блещущих металлическими тонами и по внешности и повадкам очень похожих на колибри. Они точно так же носятся от цветка к цветку, питаясь медом и насекомыми, и все старые натуралисты ставили оба семейства рядом в качестве несомненных родичей. Лишь в 1850 году принц Люсьен Бонапарт, ученый-орнитолог,[135] поместил в своем систематическом каталоге птиц семейство колибри рядом со стрижами и отставил их далеко от нектарок (Nectarinidae). С тех пор этот взгляд обосновывается все более и более по мере накопления наших сведений, так что теперь почти все наиболее передовые зоологи приняли его. Прежде чем ближе разобрать вопрос об обосновании этого взгляда, полезно будет обсудить общие принципы, которых должен придерживаться исследователь при разрешении подобных проблем.
134
Парамо. парамос – высокогорные растительные сообщества с дерновинными травами и невысокими деревьями в Андах.
135
Люсьен Бонапарт (Charles Lucien Jules Laurent Bonaparte, prince de Canini) – племянник Наполеона Бонапарта 1, известный орнитолог, автор «American ornithology», «Catalogo metodico degli uccelli europei» и др. (1803–1857 гг.).