Выбрать главу

Поскольку вы не ассоциируете себя с этими эмоциями и поступками, вы можете не сразу понять, зачем их наблюдать. Однако эти круги ада имеют к вам отношение самим фактом своего существования, вызывающим беспокойство и огорчение. Количество умышленной жестокости в человеческом мире — тяжкий груз, который давит на всех нас. И поэтому, если мы не обратим взор к жестокости как части нашего духовного путешествия, наша духовность не будет обладать достаточной силой и значимостью. То, о чем мы рассказываем в этой книге, должно поддержать вас перед лицом жестокости, так же, как это поддерживает вас в свете озарения.

Гневливые

Ниже, в следующем круге, наши духовные путешественники встречают болото, называемое «Стикс». Это область гневливых. Мы подробно останавливаемся на месте действия, поскольку оно очень точно иллюстрирует последствия гнева.

Странник описывает

Людей, погрязших в омуте реки; Была свирепа их толпа нагая. Они дрались, не только в две руки, Но головой, и грудью, и ногами, Друг друга норовя изгрызть в клочки.[25]

Это явно гневливые, но Вергилий говорит Страннику, что под илом находятся те, кто гневается угрюмо и с затаенной обидой. Они утоплены так же, как их гнев был утоплен в жизни, и их непрестанные вздохи поднимаются пузырьками на поверхность.

Странник и Вергилий обходят гневливые души и продолжают свой путь дальше по топкой трясине. Они вроде бы уходят от гневливых, но внезапно еще одна душа поднимается и встает на их пути. Эта встреча показывает неотвратимое свойство гнева: он обладает энергией, которая засасывает нас. Странник, который в целом сочувствовал душам в кругах равнодушия, пристрастия и алчности, теперь, замешкавшись в круге гнева, сам впадает в гнев. Даже Вергилий, опытный наблюдатель и проводник, не избежал воздействия этой сферы.

Глядя на дух, поднимающийся над болотом, Странник взывает:

А сам ты кто, так гнусно безобразный?

«Я тот, кто плачет», — отвечает дух. И Странник, не в силах сдержать гнев, кричит в ответ:

…Плачь, сетуй в топи невылазной, Проклятый дух, пей вечную волну! Ты мне знаком, такой вот даже грязный.

Дух хватается за их челн, но Вергилий, теперь уже сам в гневе, отталкивает его и поздравляет Странника с тем, что тот был столь зол. Он обнимает его с поцелуем, говоря, что мать Странника могла бы гордиться подобным приступом возмущения.

Странник, все еще охваченный гневом, отвечает Вергилию, что он с огромным удовольствием еще разок посмотрел бы, как эта душа погружается глубоко в илистое болото. И Вергилий заверяет, что его желание исполнится, поскольку это достойное требование. Отплывая на челне, они видят, как на душу набрасываются другие обитатели болота, и она затевает драку сама с собой.

Урок Данте очевиден: гнев заразен. В последнее время мы видели целые общества, потонувшие в гневе и междоусобицах. И, несмотря на свою разрушительность, гнев соблазнителен. В таком случае над ним не властен даже наш хладнокровный, разумный проводник Вергилий.

Гнев — вторичная эмоция; он возникает как защита в ответ на причиненную вам боль. Например, вы активно выступаете на совещании, а ваш руководитель словно игнорирует ваши соображения. Вы чувствуете, что вами пренебрегают, или даже осуждают вас, и внезапно ощущаете в себе растущую энергию. Это и есть гнев. Он может вылиться в словесный отпор или во враждебную позу, но, возможно, вам удастся успешно подавить его до того, как он найдет выражение. Эта борьба знакома каждому. Это естественно. Но некоторые из нас хотят испытывать гнев: мы хотим воспользоваться его силой. Мы хотим добиться своего, запугивая других. Мы хотим, чтобы другие знали: если они станут пренебрегают нами, то узнают силу нашего гнева.

Та же движущая сила имеет место и в некоторых браках. Очень часто мужчины — но также и некоторые женщины — пользуются гневом, чтобы привлечь внимание членов семьи. Одна пациентка рассказывала, что ее муж ведет себя так, словно получает настоящее удовольствие, впадая в ярость. Он как будто погружается в собственный экстатический мир, его взгляд становится бессмысленным, голос крикливым, слова грубыми и обидными.

вернуться

25

Ад, VII, 109–113.