– А Вика почему осталась?
– О! Вика была среди них самой сложной, сама признает. Брыкалась дольше всех. А потом попала к Ядвиге, это ведунья школьная. Та ей кусок будущего «показала», где она в свадебном платье. Вика и сама обладает способностями к ясновидению, ты в курсе?
– Нет, об этом не было разговора. Да я особо и не верю…
– Зря, но это твое дело. Так вот. Вика посмотрела на себя в хрустальном шаре, не смейся, Борин! – упрекнула Галина, видя, как скептически тот улыбается. – И задумалась. Она была уверена, что ей уже ничего, кроме смерти от передоза, не светит. Вот такая оптимистка. Страшное поколение. – Галина на миг закрыла глаза.
Борин бросил осторожный взгляд на жену. Уже столько времени прошло, как с сыном Галины произошла история с наркотиками, а та до сих пор еще не отошла от пережитого ужаса[9].
– Галь, забудь, наконец. Все же хорошо. – Даша успокаивающе погладила ее по опущенным плечам.
– Да, конечно. Уже… Ядвига тогда предложила Вике выбор: хочешь – на дно, твое право. А хочешь – полноценная жизнь, муж, дети и помощь другим. Мол, сами выбираем путь. «А мы тебе поможем», – просто сказала ведунья. И Вика осталась. Посмотреть, что из нее получится. Конечно, как говорили и Вика, и Софья, было очень трудно. Уставали так, что еле доползали до подушки. Для них двоих стимулом была Ксения, у которой программа была такой насыщенной, что Софья и Вика видели ее крайне редко. Глядя на ее упорство, им было стыдно филонить.
– Я понял. Эта школа – что-то вроде филиала дурдома: ведьма, цыган, директриса-экстрасенс. Но у них почему-то все получается. Что еще?
– Ну, ты, Борин… определил! Что еще? В качестве старшего воспитателя – бывшая лагерная надзирательница Ада Карповна Коллонтай. Агнесса Бауман познакомилась с ней в сталинском лагере, в Сибири. Девочки ее побаивались, но любили.
– Все? Что еще в этой школе как нигде?
– Нет, не все. У каждой девушки был партнер на все время обучения.
– Сексуальный? – У Борина вытянулось лицо: это уже слишком, девочкам всего пятнадцать!
– Борин, почему ты такой испорченный? При чем здесь секс? Партнер, парень лет двадцати, нанимался по контракту, жил там же, не выезжая. В обязанности входило быть парой девушке в танцах, теннисе, за столом. Не забывай, девочек готовили к выходу «в свет», а не просто корректировали необузданный нрав. Кроме того, что парням платили хорошие деньги на очень жестких условиях, они имели возможность обучаться и сами. Так что никаких амуров, только работа.
– Ладно. Но Агнесса Бауман, как я понял, умерла. Кто же сейчас заправляет в школе?
– А вот это самое интересное. Ее внучка, которую она обрела уже в старости. Анна Сергеевна Герасимова. Тогда эту девочку звали Аней Ларцевой.
Глава 29
Почему так хреново на душе? Разве ради такой вот тоски она все затеяла? Казалось, закончится все, и она спокойно уедет. Самолет завтра, а покоя нет. Хочется посмотреть на Соньку, убитую горем, черную лицом и с мертвой душой, но как это сделать? Из дома, как сказал Колян, та не выходит. Так что приходится сидеть и гадать, насколько той плохо. Эх, Сонька! Вспомни ты обо мне после того, как в город вернулась, приди, поговори, ничего бы этого не было. Так ведь нет, забыла, вычеркнула из своей сытой жизни, наплевала на подругу.
«Колян долго не возвращается, может, что-то не так пошло с пацаном? Или сам насторожился?» Снотворное она ему уже приготовила. Сильное – сама пользовалась, когда от боли заснуть не могла, когда корчилась, с проклятиями мотая головой по подушке. Проклиная ее, Соньку. Когда поняла окончательно, что не придет та к ней, можно не ждать…
И коктейль готов. Сладкую смерть она уготовила своему помощнику, уйдет в кайфе, как легко наркомана жизни лишить! И никакого угрызения совести: дрянь человек, помрет – не жаль. Хотя ей и положительного со всех сторон Гурского не особенно жалко. Зато Сонька какой удар получила!
Она подошла к комоду и стала вынимать из ящиков вещи: нужно было потихоньку собираться. Сегодня, после того как покончит с Коляном, она съедет с этой квартиры к себе в коттеджный поселок. Хорошая пришла ей идея: сразу после похищения мальчишки везти его к Коляну. Дом почти пустой, большинство жильцов уже выехали. Ее и не видел никто, разве что старушенция древняя, да и то лишь раз. Кругом пустыри да гаражи, в одном из которых стоит ее машина.