– Я думаю, он помешался на этой херне. Дело уже почти закрыто, чего он хочет? – лицо Марка выглядел недоуменным.
– Он не помешался: Яша уверен, что он прав в непричастности Шурика. Кровь из носу, но он докажет свою правоту. Ты же его знаешь! Ты думаешь, он рассказал нам все эти доводы, чтобы мы задумались о чем-то и помогли ему? Черта лысого!
– Ой, Денис, я уже опьянел, поэтому не могу думать. Я и на трезвую это делаю не охотно и с трудом, а тут еще и в таком нелегком состоянии нестояния, – слегка пошатнувшись, сказал мой собеседник.
– Он рассказал это скорее для себя. Так он уложил все по полочкам в своей чрезвычайно вместительной черепушке! – достаточно громко сказал я, активно жестикулируя, подражая манере Якуба, чем вызвал смех у Торбова.
– Даже если так. Пусть делает, что он хочет. Как говорится, чем бы дитя не тешилось…
– Лишь бы не плакало, – закончил фразу за меня Марк. – Да, я с тобой согласен!
– Но вот зачем ему ворошить прошлое?
– То дело было для него очень личным, а раскрыть он его так и не смог. Думаешь, ему легко? Он привык всегда добиваться правды и справедливости. Но там этого не случилось. Ты же помнишь его состояние после этого?
– Лучше не вспоминать. Я надеялся, что его раны уже зажили, и он не будет возвращаться к этому делу, – с сомнением в голосе произнес мой собеседник.
– Нет, не зажили. И я думаю, что Хикматов не пошутил, сказав, что начнет сбор информации. Он это может. Господи, опять придется его сдерживать, иначе он всю страну перероет в поисках правды, – я перевел взгляд на куст сирени около веранды.
– Мы сдержим его. Мы справимся, Денис. Он хоть и уверен, что Якуб Харисович Хикматов – самый умный в мире человек, но без нас ему было бы тяжело. И Яша знает об этом. Мы поддержим его, но будем ограждать от очередных травм, да?
Я ничего не ответил. Воздух свободы, который пьянил сейчас больше, чем ирландский виски, не давал мне успокоиться. Мне хотелось сказать много чего, но я сделал над собой усилие и сдержался.
– Денис, – несколько робко начал Торбов. – Как бы сейчас это ужасно ни звучало, но я искренне рад, что мы оказались в том месте, где произошло убийство. Якуб докопается до правды и раскроет дело, в этом можно не сомневаться. Успешное раскрытие дела подарит ему уверенность в своих силах, потешит его самолюбие. Правильно говорят – все по судьбе.
– Я вспомнил одну фразу, – подводя итог нашей беседы, сказал я. – Как писал Михаил Булгаков: «Все, что ни происходит, всегда так, как нужно, и только к лучшему».[7]
Мы докурили и вернулись в дом. Хикматова уже не было за столом, как и приблизительно двух третей бутылки виски.
– Он че, бахнул без нас? – Марк ошеломленно смотрел на стоящую перед ним почти опустошенную бутылку. – Он помешался на этом деле, Денис. Я надеюсь, что он его раскроет как можно скорее, а то и вовсе сопьется такими темпами.
– Получается, что он и вправду без нас столько выпил. А дело он точно раскроет, дай ему пару дней – по его глазам было видно, что он уже на финишной прямой. У него свои тараканы, а мы давай с тобой допьем этот замечательный виски «Jameson», Торбов. Вруби-ка чего-нибудь. Хочу послушать чего-нибудь отвлеченного, что-то из новинок. Что там сейчас слушают?
– Без проблем! Сейчас все будет в лучшем виде! Так-так, что у нас тут? Чарт ВК. Давай я включу случайный порядок, и пусть играет, что играет, – слегка пошатываясь, сказал он, стуча своими пухлыми пальцами по экрану смартфона.
Незаметно наступил рассвет, и в половину четвертого мы в крайний раз перед сном вышли покурить на веранду. Тусклое, совсем не яркое солнце заключило в свои холодные объятия весь простор серпуховских полей. Курить при таком неповторимом виде – сплошное удовольствие. Кажется, тебе больше ничего и не надо, только смотреть и смотреть, не думая ни о чем, кроме того, насколько ты счастлив в этот чудесный миг. Правильно поется в той старой песне, что «есть только миг между прошлым и будущим…».
«Есть только миг, за него и держись…» – немо подпевая, в эту же даль, стоя рядом со мной, смотрел мой дорогой Торбов.
11
Весь следующий день пролетел невероятно быстро, потому что мы были заняты отгрузками продуктов. Во исполнение договорных обязательств наше фермерское хозяйство обязалось распродать нескольким покупателям весь урожай. А это несколько тонн клубники, сто с лишним тонн огурцов и помидоров – прекрасный показатель. А ведь при всем при этом, огурцы и помидоры продолжали дозревать в наших теплицах. Деньги к сентябрю ожидались приличные.