Сражение94 произошло вчера, а меня тут ожидало множество работы. Благодаря Гавриле Федосеевичу, для сильно пострадавших подготовили большой сарай. Который, как всегда, утеплили печками и даже сколотили стол для операций. Все раны уже были обработаны, но мне нужно было проверить их состояние. Возможно, вчера лекари могли пропустить то, на что я бы обязательно обратила внимание.
Привезённых с собой удалось перенаправить в Медынь и далее в Калугу. Тут и так было слишком мало места. Более тысячи легкораненых ютились в немногих оставшихся неразрушенными домах.
Но были и довольно специфические повреждения. При взятии города люди генерала Чичагова успели вывести из горящей церкви около трёхсот раненых пленных русских солдат. При отступлении французы просто заперли их там и подожгли.
Не успев ещё толком распределить между помощницами дела, я была атакована Марией. Пришлось срочно находить выход её кипучей деятельности. Она с удовольствием выполняла налагаемые поручения и светилась радостью.
– Ma tante, взгляни, это уже второе платье за сегодня, которое ты умудрилась испачкать в крови. Попроси Степаниду, она даст тебе одну из моих юбок. На них будет не так заметно.
– Oui mon général (*Да, мой генерал) – она шутливо поднесла два пальца к голове.
– Только ты могла взять с собой на войну гардероб в пастельных95 тонах.
– Не ворчи Лиззи, это такие мелочи, – с блеском в глазах, она схватила меня за руки. – Я счастлива только от того, что могу помогать.
– Ты не испугалась вчера? – спросила обеспокоенно.
– Я и не видела ничего. Этот твой унтер-офицер сговорился с татарами и держал нас в самом хвосте армии. Меня саму доставили незадолго до твоего приезда.
– Тётушка, ты могла бы найти господина Сушинского? Он просил позвать его, когда я начну работать с кровью.
Мне показалось хорошей идеей отправить её куда-нибудь. Хоть ненадолго. Пытаясь помочь всем сразу, Мария создавала только больше суеты. А вид крови пока вызывал у неё некоторый трепет, и всё начинало валиться из рук.
– И пожалуйста, накинь моё пальто, а то своим цветастым ты привлекаешь слишком много внимания.
На какое-то время воцарилось спокойствие. Мы с Марфой поделили «амазонок» и девочек Соломона. Обучение шло уже по «проторенному» пути. Екатерина с Дарьей даже самостоятельно объясняли боровским барышням уже известные им вещи, освобождая нас с главной помощницей от этой обязанности.
Семён Матвеевич прибыл с несколькими лекарями. Наконец они смогли вдоволь извести меня вопросами. Как я не пыталась, некоторые из них были весьма коварны. Особенно когда спрашивали о «рождении» самой идеи неподходящей крови.
Тут к месту пришлись наши с «провидцем» беседы на эту и другие около-медицинские темы. Особенно о положительных и плачевных результатах переливания у одного и того же врача. Тогда же мне и «пришла» идея сравнивания крови и предварительного смешивания до вливания в пациента. Пришедшие с Сушинским господа вдохновенно обсуждали результаты «моего открытия» и прочили получение докторского звания, как только смогу описать свою работу и представить её в Петербург. Почти все они были готовы написать рецензии на использование «открытия» в своей практике.
С одной стороны, я была так рада, что, наконец, такой полезный метод в медицине не будет больше убивать людей. А с другой… получается, что я украла его у другого человека96, который правда ещё даже не родился.
В наших беседах на эту тему Павел успокаивал меня тем, что люди науки всегда стремятся вперёд. И если при рождении того учёного, этот способ будет известен, то он наверняка, откроет что-то новое, уже получив необходимые знания от нас. Ведь многие открытия довольно долго пробивают себе путь. Очень часто люди узнают о них спустя десятилетия. А применять начинают иногда вообще спустя полвека.
Ну, а война это такой повод испытать на практике новые знания. Меня уже многие благодарят за гипс. Вот теперь ещё и переливание. Так желаемая мною докторская степень можно сказать у меня «в кармане».
– Лиззи, ты мне срочно нужна! – схватила меня за рукав Мария, неожиданно появившаяся позади меня.
– Что случилось?
– Идём, пожалуйста, скорее…
Тётушка с удивительной для неё силой тащила меня к двери, когда находившиеся рядом со мной мужчины с изумлением смотрели на нас.
– Да, что случилось, расскажи нормально! – вырвала я у неё руку, когда она вытащила меня из «лекарского» сарая.
– Это какой-то ужас, они поехали стреляться! – прошептала Мария, размазывая слёзы.
94
Сражение под Вязьмой – бой 22 октября (3 ноября) 1812 года. Наполеон, отступая из Москвы, прибыл в Вязьму 19 (31) октября. Здесь он приказал маршалу Нею пропустить растянувшиеся на дороге войска и сменить в арьергарде маршала Даву. Чтобы отбиваться от наседающих казаков, арьергарду приказано двигаться в сомкнутых каре. До подхода русского авангарда через Вязьму не успели пройти 4-й корпус генерала Богарне, 5-й корпус генерала Понятовского и арьергардный корпус Даву. Авангард русской армии под командованием генерала Милорадовича и донского атамана Платова, видя расстройство в войсках противника, пропустил корпус Понятовского и атакой разрезал итальянский корпус Богарне в районе села Максимкова (в 13 км от Вязьмы), оседлав Смоленскую дорогу. Отрезанный 1-й корпус Даву оказался в критическом положении, впереди дорога перерезана Милорадовичем, на хвост колонны насели казаки Платова и дивизия Паскевича. Корпуса Богарне и Понятовского вернулись на помощь Даву. Соединёнными усилиями французы оттеснили заслон русских с дороги. Соединение корпуса Даву с остальными проходило под фланговым ружейно-пушечным огнём, под постоянными атаками. Затем корпуса отошли к высотам у Вязьмы. Здесь находился корпус маршала Нея, и вместе четыре корпуса, численность которых оценивается в 37 тысяч солдат, организовали оборону. Два маршала и два генерала, собравшись на совет, решили продолжать отступление, и около 2 часов дня Богарне и Понятовский с боем начали отходить. Даву последовал за ними, но под напором русских его войска обратились в бегство. Последним выступал Ней. Он пропустил другие корпуса через город. Наконец около 6 часов вечера Ней под натиском русских вынужден был очистить город, перейти через реку Вязьма и уничтожить мост.
95
Пастельный – мягкий, неяркий. Пacтeльными нaзывaют блeдныe пpoизвoдныe oттeнки oт xpoмaтичecкиx цвeтoв. Любoй нacыщeнный тoн имeeт тaкyю paзнoвиднocть: дocтaтoчнo дoбaвить в нeгo бeлoгo или блeднo-жeлтoгo кoлepa. Haпpимep, из зeлeнoгo дeлaют мятный, из фиoлeтoвoгo – лaвaндoвый, из кpacнoгo – пyдpoвый или cвeтлo-кopaллoвый.
96
Карл Ландштейнер (1868-1943) – австрийский врач, химик, иммунолог, инфекционист. Первый исследователь в области иммуногематологии и иммунохимии, автор трудов по молекулярной и клеточной физиологии реакции организма на размытые антигены и возникающие при этом специфические и неспецифические явления. Лауреат Нобелевской премии по физиологии или медицине (1930) за открытие групп крови у человека (1900), позволившее сделать переливание крови рутинной медицинской практикой.